Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Совпадение? Не думаю

  • Совпадение? Не думаю
  • Смотрите также:

Эксперты клуба «Валдай» об одновременном замирении Турции с Россией и Израилем

Чем вызвано и к чему приведет примирение Турции с Россией и Израилем? Стало ли простым совпадением то, что нормализация отношений Анкары с Москвой и Тель-Авивом произошла одновременно? Можно ли говорить о том, что у Турции сформировался новый внешнеполитический курс? На эти вопросы специально для «Ленты.ру» ответили зарубежные эксперты Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Яшар Якыш, турецкий государственный деятель, бывший министр иностранных дел:

Яшар Якыш

Сбитый Турцией российский самолет и реакция Москвы на этот инцидент привели российско-турецкие отношения во вредное для интересов обеих стран состояние кризиса. Одна из сторон должна была проявить инициативу и сделать шаг к изменению сложившейся ситуации. Это было более уместно сделать Турции. Наконец руководство страны решило, что, когда речь заходит о национальных интересах, эмоции и сантименты нужно отодвинуть в сторону.

Турция не могла выступить с такой инициативой, когда премьер-министром был Ахмет Давутоглу, потому что внешнеполитический курс в значительной мере определялся им как экс-главой МИДа. Изменить направление внешней политики, архитектором которой ты являешься, непросто, поэтому замена Давутоглу Бинали Йылдырымом предоставила Анкаре удачный шанс приспособить свою внешнюю политику к новым реалиям, и Анкара его не упустила.

То, что Турция одновременно объявила о перемирии с Россией и Израилем, — совпадение. Все-таки переговоры с Тель-Авивом шли в течение трех лет, хотя, конечно, за обоими решениями стоит стремление Турции выйти из изоляции. Некий общий вектор был задан новым турецким премьер-министром, заявившим, что стране нужно увеличивать количество друзей и сокращать количество врагов.

По сирийскому вопросу позиции Москвы и Анкары до сих пор сильно различаются, однако у наших стран есть общие интересы на территории этой страны. Один из них — борьба с «Исламским государством» (ИГ, террористическая организация запрещена в России — прим. «Ленты.ру»). После жуткого теракта в Стамбуле, Турции и России будет проще сотрудничать на этом поле с учетом того, что один из смертников — выходец из Чечни.

По поводу будущего Сирии все сложнее. Турция по-прежнему настаивает на том, что уход Башара Асада — это предварительное условие политического урегулирования. Но в последнее время международное сообщество сделало несколько шагов назад: теперь преобладает мнение, что Башар Асад может остаться у власти на время переходного периода. Этот подход вполне соответствует российскому: Москва утверждает, что народ Сирии вправе самостоятельно определять свою судьбу. Турции не стоит настаивать на том, что Асад непременно должен уйти. Ничего страшного, если по сирийскому вопросу между Россией и Турцией будут разногласия, в международных отношениях это вполне нормально. Самое главное, что был заложен новый фундамент для взаимного общения и переговоров.

Цви Маген, научный сотрудник Института национальных исследований проблем безопасности Тель-Авивского университета, бывший посол Израиля в России:

Цви Маген

На днях Военно-политический кабинет Израиля утвердил соглашение о нормализации отношений с Анкарой. Министры не были единодушны, этому предложению оказывалось достаточно активное сопротивление. По ряду вопросов Турция не представила желательных для Израиля решений: в частности, не урегулировала с ХАМАС проблему наших пленных граждан, находящихся в Палестине, и возврата тел погибших израильтян. Отношение к Турции остается достаточно прохладным: есть опасения, что действия Турции в Газе негативно скажутся на интересах Израиля. Но все же Турция — достаточно серьезный игрок в регионе, с которым не стоит находиться в состоянии конфликта.

Решение о примирении с Израилем и Россией — стратегическое. Обе страны — серьезные игроки, в том числе и на сирийском поле, в отношениях с которыми турки попробовали действовать агрессивно — из этого вышло мало хорошего. Конечно, не только новые геополитические реалии привели Анкару к принятию решения о нормализации отношений, одна из его составляющих — экономическая. По вопросу поставок природного газа у Турции были проблемы и с Россией, и с Израилем, и их надо разрешить, поэтому не думаю, что объявление о примирении с обоими государствами с разницей в один день — случайность. Другой общий вопрос — туристический. Отдыхающие и из России, и из Израиля были важным источником поступлений денег в турецкий бюджет. Также Анкаре нужно вновь налаживать экспорт в Россию фруктов, сотрудничество с Израилем в оборонной сфере и урегулировать многие другие вопросы. Сейчас Израиль и Россия при обсуждении будущего порядка в Сирии ведут общий курс на сотрудничество, они координируют свои действия. При этом и Россия, и Израиль поддерживают контакты с курдами, поэтому решение о «парном» примирении наверняка не случайное.

Фото: Baz Ratner / Reuters

Турция пошла на конфликт с Израилем и Россией, надеясь стать лидером мусульманских государств региона. Основной конкурент Турции здесь — Иран, выстраивающий шиитскую стратегическую ось. Это идет вразрез с турецкими интересами, не говоря уже об идеологических различиях. Ввиду того, что Россия как минимум по сирийскому вопросу находится с Ираном в одной коалиции, она как бы противопоставляет себя Турции. Израиль же — наоборот, Иран, мягко говоря, недолюбливает, поэтому Анкара полагает, что может наладить диалог с Тель-Авивом по поводу сдерживания Тегерана в Сирии. Турция не хочет, чтобы принятие решений по Сирии и региону проходило без ее участия, и из-за этого вынуждена идти на компромиссы. Решение Анкары нормализовать отношения с Москвой и Израилем создает новую обстановку в регионе, и, на мой взгляд, это усиливает позиции России и доказывает ее значимость.

Хюсейн Багджи, руководитель кафедры международных отношений Ближневосточного технического университета Турции (Анкара), приглашенный профессор Берлинского университета имени Гумбольдта:

Хюсейн Багджи

Полагаю, что решение о примирении с Россией принималось исходя как из экономических причин, так и из соображений безопасности. Отношения Москвы и Анкары находились в глубоком кризисе после того, как турецкий президент и премьер-министр приняли решение сбить российский самолет. Сейчас Ахмет Давутоглу из политики ушел, и президент как бы исправил ошибку. Конфликт был вреден обеим странам, но Турции — в большей степени. За семь месяцев охлаждения отношений каждый турецкий гражданин осознал, насколько чувствительно ухудшение отношений с Россией — в экономическом и политическом смысле. Извинение было принесено в нужное время и было необходимо. Здесь Эрдогану надо отдать должное: он повел себя как настоящий государственный деятель, заботящийся об интересах своей страны. Изначально позиция России была достаточно сдержанной: ей нужны были формальные извинения, и после того, как они были принесены, мы увидели, что началось размораживание. С Израилем все несколько сложнее, но в любом случае начало политики примирения — хорошее решение для Анкары.

Турция будет пытаться улучшить отношениями с соседями, но уже после взрывов в Стамбуле произошли изменения. Сейчас Турция вовлечена в сирийские события, поддерживает оппозиционные группы, но она не может всегда вести такую политику. Все будет зависеть от успехов мирного процесса в Сирии, останется ли Башар Асад у власти и удержит ли свои позиции ИГ. С Турцией или без нее — в Сирии мира не будет. Турция пытается осуществить в Сирии стратегию выхода из конфликта, что займет немало времени. Нужно много времени, чтобы улучшить турецко-сирийские отношения — во всяком случае, больше, чем мы ожидаем.

К сирийским курдам по-прежнему будут относиться по-разному: Турция — с одной стороны, Россия и США — с другой. Курды в Сирии — часть Рабочей партии Курдистана (РПК), с которой в последние месяцы Анкара борется очень жестко. Кровопролитная борьба турецкого правительства и РПК продолжится. Сирийские курды пользуются поддержкой России и США в борьбе с ИГ. Для Турции РПК и «Исламское государство» являются врагами в равной степени.

Аманда Пол, старший аналитик Центра европейской политики (EPC, Брюссель), эксперт в области внешней политики России и Турции:

Аманда Пол

Полагаю, что примирение как с Россией, так и с Израилем исключительно важно для Турции и отражает возвращение Анкары к более прагматичному стилю внешней политики. После шести лет разрыва связей с Израилем заключение соглашения играет существенную роль для обоих государств и региона в целом. Это поможет экономическому развитию Израиля и Турции, а также важно для Палестины. Теперь у Турции будет больше возможностей для помощи палестинцам (одно из условий соглашения — возможность доставлять гуманитарную помощь в Газу через израильский порт Ашдод). И США довольны подобным развитием событий: их традиционные региональные союзники вернулись к нормальным отношениям.

Антиизраильская демонстрация в Газе

Фото: Abed Rahim Khatib / Zuma / Globallookpress.com

Примирение Анкары и Кремля — тоже хорошая новость. После того как 24 ноября 2015 российский самолет был сбит на турецко-сирийской границе, российские санкции нанесли серьезный урон турецкой экономике, число российских туристов значительно сократилось. Между государствами существуют серьезные экономические связи, и восстановление отношений позволит придать их интересам верное направление. Также это хорошая новость для других стран региона — в особенности Азербайджана, которому было не очень комфортно, учитывая его традиционно близкие отношения с Турцией и важность связей с Россией.

Ухудшение состояния экономики и ситуации в области безопасности вкупе с усиливающейся изоляцией Турции в регионе и ослаблением ее международной репутации — вот что привело к изменению ее политики. Турецкая внешняя политика стала слишком идеологизированной и резкой, в результате чего Анкара осталась со считаным числом друзей и в конце концов осознала, что внешнеполитический курс следует изменить. Более позитивная политика оформилась после ухода премьер-министра Ахмета Давутоглу, и это не просто совпадение. Однако неверно полагать, что ответственность за провалы турецкой внешней политики полностью лежат на Давутоглу, потому что все его шаги одобрялись Эрдоганом.

Ахмед Давутоглу и Реджеп Тайип Эрдоган

Фото: Umit Bektas / Reuters

Я бы не сказала, что примирение с Израилем и Россией — часть единой политики, потому что примирение с Израилем началось несколько лет назад. На самом деле кризис в отношениях с Россией как раз и подстегнул Турцию к изменению политики в отношении Тель-Авива, потому что Анкара поняла, что становится все более изолированной. 29 июня израильский Военно-политический кабинет подписал соглашение с Турцией, которое позволяет обеим странам полностью восстановить дипломатические отношения. В отношениях с Россией дело окончательно сдвинулось с мертвой точки после телефонного разговора Путина и Эрдогана, по итогам которого были сняты ограничения на поездки россиян в Турцию и было дано добро на снятие других санкций. Встреча двух министров иностранных дел в Сочи 1 июля также стала важным шагом, однако никто не ожидает немедленного возвращения «старых добрых времен», потому что до сих пор существуют различия по сирийскому вопросу, а некоторые уполномоченные лица в России заявляют, что Турция должна прекратить беспринципную и эгоистичную внешнюю политику в регионе. Сейчас не совсем ясно, как будет строиться турецкая политика на сирийском направлении.

Хасан Селим Озертем, директор Центра исследований безопасности и энергетики Организации международных стратегических исследований (USAK, Анкара):

Хасан Селим Озертем

В решении о нормализации отношений с Россией и Израилем первостепенно важен аспект безопасности. Через открытие каналов диалога Анкара в первую очередь пытается минимизировать риски в этой сфере. Хаос на Ближнем Востоке, серьезная угроза Турции со стороны ИГ и Рабочей партии Курдистана, изменения в энергетическом секторе на глобальном и региональном уровнях, соглашение по Иранской ядерной программе привнесли новую динамику во внешнюю политику Турции и в какой-то мере — Израиля и России.

Примирение с Россией и Израилем — разные кейсы. Турецкое и израильское правительства вели перед этим длительные переговоры, но экономические отношения продолжались, и товарооборот между странами за последние шесть лет увеличился почти втрое. Российский случай более сложен в экономическом отношении: после введения санкций турецкие бизнесмены и туристический сектор столкнулись с серьезными сложностями. Но, видимо, после телефонного разговора Путина и Эрдогана ситуация в этой области улучшится. Также различие в том, что отношения с Израилем сосредоточены на объективно существующих региональных конфликтах. Они были достаточно хрупкими из-за операций Израиля в Газе и до сих пор остаются таковыми. Отношения же России и Турции в большей степени детерминированы приоритетами лидеров государств — все зависит от их видения будущего. В этом смысле предстоящая встреча Путина и Эрдогана на саммите G20 открывает новые возможности для обеих сторон.
Думаю, что приоритеты Турции в Сирии во многом определялись проблемами безопасности последнего времени. Действия РПК внутри Турции и успехи курдов на севере Сирии создали дополнительные риски. В Турции после теракта в Стамбуле вновь остро встал фактор ИГ. Приоритет для Турции в Сирии — ее стабильность и сохранение территориальной целостности этого государства. Что касается Башара Асада, я не могу сказать, насколько гибка политика Турции. Как раз примирение с Израилем и Россией говорит о том, что администрация Турции работает над различными сценариями, но сегодня непросто сказать, изменился ли взгляд Анкары на эту проблему.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Совпадение? Не думаю


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.