Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Мьянма и мусульмане: процесс пошёл?

  • Мьянма и мусульмане: процесс пошёл?
  • Смотрите также:

Недавно слушал по СNN интервью с молодым буддистским монахом из Бирмы. И этот молодой и симпатичный монах в оранжевом халате, босой, с бритой головой прямо излагал примерно следующее. Мусульмане ведут себя прилично только, пока они слабы. Вот мы и стараемся сделать их слабыми. Как такое могло попасть на политкорректное СNN, до сих пор удивляюсь.

В Мьянме, бывшей Бирме, неспокойно. Неспокойно для муслимов. Звучит необычно, ибо, как правило, бывает наоборот. Я никогда всерьез не интересовался исламом, в конце концов, одним заблуждением на Земле больше, одним меньше – что это меняет? Оказывается, меняет. Одно дело заблуждения безобидные, вроде тихого помешательства, совсем иное – буйства на почве массового психического расстройства. О чем я говорю?

Об исламе, конечно. Помнится, когда я сдавал комнату жителям Средней Азии, один из съемщиков, повар, в свободное время постоянно читал весьма своеобразную книгу – написанный практически русским алфавитом перевод корана на киргизский. Дело в том, что до вхождения в состав Российской империи письменного языка у киргизов не наблюдалось. Отсюда и русский алфавит. Про то, что это перевод корана, я узнал от самого чтеца, который настойчиво рекомендовал мне присоединиться к чтению. На вопрос, зачем мне читать непонятный в принципе текст, вразумительного ответа я не получил.

Тогда я наивно полагал, что коран – это что-то вроде арабского подобия Библии – немного нелепых сказок, немного исторических фактов и довольно много поэзии.

Ничего подобного! Коран – это изречения Мухаммеда, причем изречения поздние – мединского периода, когда основателю ислама удалось наконец создать военизированную общину, и он почувствовал себя на коне в прямом и переносном смысле.

Так вот, эти мединские изречения совсем не похожи на изречения мекканского периода, когда Мухаммед был еще, что называется, в опале. Мекканские изречения мягкие и пушистые, а мединские твердые и колючие.

Как говорится, почувствуй разницу. Причем, согласно исламским авторитетам, более поздние мединские изречения отменяют ранние мекканские. То есть ничего пушистого в современном исламе нет. Остались одни колючки. Что же это за колючки и почему ислам неспроста получает в Мьянме по рогам?

Ислам претендует на некое откровение, причем откровение окончательное и бесповоротное, ибо Мухаммед считается последним из пророков. В чем суть этого откровения? Да собственно, ни в чем. Как это не удивительно, но ислам не привнес в, так сказать, процесс богопознания абсолютно ничего. Ну, просто совершенно ничего!

Все его откровение сводится к тому, что его основатель провозглашает себя посланником Бога, по-арабски: Аллаха, а с теми, кто недостаточно сильно верит в это, предлагает разобраться по-свойски. Как это? Ну, примерно так, как фашисты разбирались с теми, у кого профиль был недостаточно нордическим. Кафирам или неверным Мухаммед предлагает перейти в ислам, то есть признать его самым-самым главным среди всех, ну и выполнять, конечно, определенные религиозные ритуалы.

Но суть не в ритуальном ницопадении пять раз на дню. Суть в строгом исполнении законов, придуманных неграмотным погонщиком верблюдов ни много, ни мало аж для всего человечества. Название этим законам – шариат.

Шариат – это главное в исламе, ибо его единственная и неоспоримая цель заключается в том, чтобы распространить этот шариат на весь земной шарик. Любая церковь – политическая организация, но ислам – это политика прежде всего, это – политика в квадрате.

Шариат – это очень такая замечательная правовая система, с публичными казнями, безраздельной теократической властью муслимской верхушки и постоянным нагнетанием сексуального напряжения путем сокрытия возможности созерцания малейших частей женского тела для мужчины и вообще детальной проработкой неравенства мужчины и женщины путем банального женского унижения во всем.

Итак, если неверные переходят в ислам и соблюдают шариат, им можно предложить стать,так сказать, ступенькой выше – принять участие в джихаде -насильственном распространении ислама среди остальных людей. Воин джихада – это муслимская элита. Ну, а те, кто не захочет войти в эту элиту, останутся рядовыми муслимами, платящими регулярную дань – закят – муслимской общине.

Что делать с кафирами, не спешащими принимать Мухаммеда в качестве своего фюрера? Они могут отделаться выплатой бооольшой дани, особенно если это христиане или иудеи, согласно исламу, люди писания, могущие в какой-то степени рассчитывать на снисхождение. Ну, а с теми, кто и дань платить не собирается, следует поступать по законам военного времени, либо превращать в бесплатных рабов, либо по-большевистски просто уничтожать.

При этом народная арабская традиция обезглавливать врага или друга стала прямо-таки настоящей муслимской фишкой. Большевики до этого не додумались, тупо расстреливали вместо того, чтобы медленно отрезать чужую голову, наслаждаясь предсмертными воплями кафира. Впрочем, по сравнению с тем, что делали муслимы со времен первых удачных грабительских рейдов со своими пленниками, отрезание головы, даже медленное, это почти проявление гуманизма.Что касается рабства, то Мухаммед считал его вполне нормальным состоянием человечества, состоянием безусловно должным сохранится, пока люди вообще живут на Земле.

Коран, согласно Мухаммеду, есть переданное ему архангелом Джабраилом, то бишь Гавриилом у христиан, откровение Аллаха.

Разумеется откровение на арабском. Все остальное не коран, а так – фигня, жалкий перевод. Правда не совсем понятно, почему Аллах разоткровенничался в виде самых нелепых противоречий и просто чухни, которыми сей коран напичкан буквально под завязку. Например, в одном месте он объяснил Мухаммеду, что создал этот мир, как и полагается, за шесть дней, а в другом этих самых дней оказывается уже восемь.

Звезды, согласно корану, находятся ближе к Земле, чем Луна, ну и т.д. и т. п.

Коран буквально переполнен подобной чепухой, в связи с чем авторитетные муслимские богословы придумали хитрый ход. Заключается он в том, что толкование корана не для средних умов, а только для ученых богословов. Их чрезвычайно ученое толкование сей мутотени всегда, впрочем, cводится к тому, что кафирам понимание корана недоступно, а остальным и объяснять нечего.

Сам основатель ислама лично отдавал приказания убить тех, кто не сильно под него прогибался, например, богатого еврея или двух женщин, совершивших поистине страшное деяние – певших насмешливые песенки о самом Мухаммеде! Одобрил он и убийство поэтессы, призывавшей соплеменников сопротивляться. Один из его воинов даже опередил быстрое приказание пророка и убил ее загодя, проникнув в дом и гуманно проткнув мечом насквозь, в то время, как женщина кормила грудью своего младенца. Мухаммед похвалил догадливого киллера.

Как нетрудно догадаться, евреи Мухаммеду не нравились. Ну просто очень не нравились.Они не были тупым скотом, готовым пить мочу пророка и закусывать, извиняюсь за подробности, говном пророка. Это не выдумки, а исторические факты, которые можно уточнить, прослушав или прочитав Захарию Ботроса, священника-копта и бывшего муслима. Захария, родившийся в Египте, ныне проживает в США, причем точное место проживания скрывает, ибо за голову этого кафира назначена кое-какая цена, а именно, 60 миллионов долларов.

Неважно, что он говорит правду, важно, что эта правда не по нраву муллам, имамам, улемам и прочим детям шайтана, то есть, спаси Аллах, ученым богословам ислама. По традиции, ни одна богословская передача в странах победившего ислама не проходит без изрядной антисемитской истерии. Традиция эта давняя – сам Мухаммед, ее основатель, называл евреев собаками и свиньями, то есть животными, которых пророк не очень любил. Правда, кошки Мухаммеду нравились. Ну, что ж, даже у отпетых злодеев бывают одна-две положительных черты характера.

Пророк любил не только кошек. Свою любимую жену Аишу пятидесятилетний Мухаммед попользовал, как только ей исполнилось девять. А что? Девять лет – нормальный возраст согласия, разве не так?

Но вернемся к нашим баранам, то есть муслимам. Что им делать, если кафиры, что называется, заели, а вот сила, увы, не на их стороне? Для такой ситуации есть два волшебных слова. Вот они-такия – это раз, и китан – это два. Первое, то есть такия – это ложь ради муслимской выгоды в чистом виде. Кафирам лгать не только можно, но и нужно. Это просто-таки краеугольный камень муслимской политики взаимоотношений и тем более дискуссий об особенных прелестях ислама. Лгать надо всегда и во всем, помня о главном – шариате во всем мире.

Ради такой цели любая ложь в устах муслима сразу становится святой правдой. Китан – это более мягкий вариант такии, этакая полуправда с преобладанием лжи, конечно. Например, надо уверять кафиров, что ислам самая мирная религия на свете, а джихад – это война с собственными страстями. Ну, а то, что пророк как-то раз обмолвился, что мол муслим за всю жизнь ни разу не джихадствующий по отношению к кафирам, прожил жизнь лицемера, об этом сильно распространяться не стоит. Пророк вообще однажды говорил, что неверных следует убивать везде, где вы этих кафиров застанете, увидите и услышите. Ну и что, собственно, такого?

Среди 213 призывов к убийствам в коране это изречение всего лишь капля в море. Например, муслим, не хотящий больше быть муслимом, конечно же, должен быть убит. Нет человека – нет проблемы. Это – китан. Ну, а такия, это еще проще. Например, существуют исторические документы, говорящие о том, что муслимы суть говноеды. Не в переносном, а в прямом смысле, то есть кое-кто из современников Мухаммеда умудрялся ради особого благословения, надо полагать, доставать и поедать его испражнения. На это следует говорить, что мол неправдочка ваша, не говноеды мы. Уринотерапией баловались, не отрицаем, но говноедство – это кафирский поклеп. Это и будет такия.

Учитывая любовь муслимов к подобным такиям с китанами, следует правильно оценивать любые муслимские попытки рассказывать о собственных прелестях. Никакой нормальной честной дискуссии тут, в принципе, случиться не может, ибо вешая вам на уши такию, муслим будет мысленно прикидывать, как удобнее вас обезглавить, когда подобная возможность представится. Спасти вас может только переход в ислам или переход в состояние раба муслима. В редких случаях можно отделаться большим регулярным выкупом, но такое бывает нечасто, для этакого благорасположения к кафиру муслим должен быть прямо-таки влюблен в вас.

Вся земля, не контролируемая законами шариата, есть, согласно исламу, земля джихада, то есть открытой вооруженной борьбы с кафирами, и земля перемирия, то есть применения в тактических целях такии и китана, пока не предоставится возможность перевести эту землю в разряд земли джихада и под крики аллах акбар! наконец-то отрезать вашу доверчивую голову.

Исходя из вышеизложенного, разные страны и народы стараются по-разному вести себя по отношению к муслимам. В Европе, самой, казалось бы, умудренной части света, наивно думали, что есть на свете такая диковина, как мультикультурализм. И хотя далеко не каждый муслим в состоянии выговорить это длинное слово, зато каждый муслим точно знает, что ничего более подходящего по глупости и придумать невозможно.

Пока европейцы благостно пытались ощутить свое великодушие, муслимы банально плодились и клали на их мультикультурализм боооольшой и толстый болт. Осознание сего факта некоторыми менее глупыми европейцами привело к возникновению, например, Лиги английской обороны – организации, пославшей мультикультурализм куда-то очень недалеко и прямо и недвусмысленно борющейся против мусульман в Англии, а шире в Европе, а еще шире – во всем мире. Но все же Лига английской обороны еще несет на себе печать европейского гуманизма, как и более радикально настроенные США и даже Израиль. А гуманизм по отношению к муслимам всегда ведет к одному - вашей отрезанной голове.

Так вот, в Мьянме, то бишь бывшей Бирме, это очень хорошо понимают. И раз уж кафиров так приятно убивать везде, где вы их увидите или услышите, то и муслима замочить просто сплошное удовольствие. Особенно когда он хороший повод подает. А уж он его подает, не сомневайтесь. То продавец покупателя замочит, чтобы не сомневался в качестве муслимского товара, то бирманскую девушку изнасилуют, то какого-нибудь монаха мотоциклом, черти, задавят.

В итоге за последний год бирманцы разгромили свыше полутора тысяч (!) муслимских домов и мечетей, выгнали с насиженных мест более ста пятидесяти тысяч (!!!) муслимов и несколько сотен таковых укокошили. Ну, а что? Не все ж муслимам убийцами рядиться, надо и роли убиваемых испытать. Это называется диалектика, полное, так сказать, единство противоположностей, не исключающее их, так сказать, борьбу. Особенным шиком в муслимских погромах выделяется бирманская Лига 969, в отличие от вялой английской лиги, линчующая муслимов буквально на месте и моментально. Практически по Мухаммеду.

Ее лидер – бирманец по имени Вирату – называет ислам тигром, который всегда готов проникнуть в чужой дом и растерзать тех, кто безоружен и не готов дать отпор. На Западе Лигу 969 иногда называют бирманским ку-клукс-кланом, хотя ку-клукс-клан ей в подметки не годится, ибо Лига 969 никогда не пребывала на опальном положении и не является организацией расистов. Ничуть. Это чисто антимуслимская лига, пользующаяся не особо тайной поддержкой многих генералов бирманской армии и явной поддержкой бирманского народа.

В результате усилий Лиги и всего бирманского народа в Мьянме принят ряд существенных законодательных инициатив. Во-первых, муслим больше не может быть гражданином Мьянмы, то есть, если он остается жить на ее территории, его права несравнимы с правами нормальных бирманцев. Во-вторых, установлены ограничения для безудержной плодовитости муслимов. Чтобы вступить в брак, муслим должен уплатить в казну огромную сумму.

Размножение муслимов в гражданском браке карается тюремным заключением на срок в пять лет. А что такое бирманская тюрьма? Это не Европа и не США или Израиль. Тут даже Россия может отдохнуть. Ну, и если муслим все же умудрился все заплатить и официально вступил в брак по законам Мьянмы, он не может иметь более двух детей. Иначе, снова тюрьма. Вот так бирманцы умудрились внести свежую струю во взаимоотношения с мировым исламом. Тут они даже впереди Японии, в которой также до черта всяких официальных и неофициальных ограничений относительно муслимов.

Подытожим вышесказанное. Если вы не чрезмерно склонны к безудержному мазохизму и предпочитаете быть охотником на тигра вместо того, чтобы стать его обезглавленной жертвой, то вам остается только снять шляпу перед бирманцами и Лигой 969. А гуманистам из Европы и прочих сильно развитых краев не мешает намотать кое-что на ус. Пока этот ус еще растет на голове, которая с помощью такого органа, как шея еще остается прикрепленной к остальным частям тела.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Мьянма и мусульмане: процесс пошёл?


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.