Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Аншаков: возмутительно, когда президент занят не своим делом

  • Аншаков: возмутительно, когда президент занят не своим делом
  • Смотрите также:

Общество защиты прав потребителей все чаще появляется в новостях: сейчас они оспаривают в суде сжигание санкционных продуктов, а недавно из-за памятки, в которой правозащитники предупреждали о юридических последствиях поездки в Крым, их обвинили в работе на другие государства. Председатель ОЗПП Михаил Аншаков рассказал Наталии Зотовой, как общество ежедневно спасает россиян от посягательств на их кошелек, здоровье и свободу выбора.

— Давайте начнем с вашей последней инициативы: в Верховном суде вы оспариваете указ президента и решение правительства об уничтожении санкционных продуктов.

— Мы ссылаемся на нормы ВТО, они не позволяют производить подобные действия — там оговорены все защитные меры в отношении своего рынка, которые может вводить государство. В указе идет отсылка к тому, что уничтожение продуктов нужно для продовольственной безопасности: безопасность входит в сферу компетенции президента. Это, на наш взгляд, абсурд: уничтожение качественных, пригодных к употреблению продуктов, наоборот, вредит продовольственной безопасности. Кроме того, в России есть Доктрина продовольственной безопасности: среди угроз ей, естественно, не фигурирует поставка на российский рынок продуктов из определенных стран. Мы на 40% зависим от импортного продовольствия — в таки 1977b х условиях сжигать продукты абсолютно неприемлемо.

На наш взгляд, это вообще непрофессиональная и неэффективная попытка поставить барьер для этих продуктов: у нас с Белоруссией и Казахстаном единое таможенное пространство. Можно практически свободно ввозить эти продукты — на них лишь меняются сертификаты. Кроме того, месяц назад одна из розничных сетей обжаловала в Арбитражном суде Ленинградской области штраф Роспотребнадзора за реализацию санкционных продуктов. Суд признал: законодательного запрета на реализацию продуктов нет — только на ввоз. А указ фактически запрещает даже нахождение в России этих продуктов.

— То есть вы оспариваете государственное решение. Вообще у ОЗПП конфронтация чаще с государством или с бизнесом?

— Безусловно, чаще воюем с коммерческими фирмами. За 10 лет существования организации мы судились практически со всеми «гигантами» — Ростелекомом, Сбербанком, РЖД, [Московским] метрополитеном… И обвинения в какой-то подрывной деятельности в наш адрес чаще звучат не от чиновников и депутатов, как в последнее время, а от коммерческих структур.

Например, судились мы за отключение радиоточек. Вот вы когда-нибудь видели радиоточку? Многие уже забыли, как она выглядит, но платят за нее очень многие, потому что порядок ее отключения очень усложнен, — и, на наш взгляд, абсолютно незаконно. Мы обратились в суд, требуя отключить радиоточки, — а нас за это обвинили в подрыве обороноспособности страны. Потому что, если случится ядерная война, вас по этой радиоточке известят: мол, граждане, скоро на нас прилетит ядерная бомба, ползите к ближайшему бомбоубежищу — которые, к слову, давно переделаны в склады.

Судились по поводу фильтров Петрика — он был деловым партнером Бориса Грызлова, тогда первого человека в «Единой России». И «ЕР» собиралась распилить астрономическую сумму: фильтры Петрика поставить в каждом доме по программе «Чистая вода». А мы в суде доказали, что эти фильтры воду не очищают, а загрязняют. И Петрик тогда выступал по всем каналам и объявлял, что Общество защиты прав потребителей — американские агенты и с целью извести русский народ лишают его чистой питьевой воды. Суд вынес решение в нашу пользу.

— То есть вы его тогда победили. Какие еще случаи вы считаете своими победами?

— А мы все засчитываем себе в плюс. Даже если мы проигрываем процесс, мы, по крайней мере, говорим об этих проблемах, выносим их на повестку дня. Иногда удается добиться своего даже при отрицательном решении суда. Гражданское общество так и должно работать.

Несколько лет назад мы судились по поводу турникетов на выходе со станций электричек. С потребителя взималась плата в 50 рублей за выход, если он не купил билет, — фактически штраф. Это противоречило законодательству: некоторые вынуждены были платить эти 50 рублей, если они, допустим, бабушку на электричку провожали, то есть услугой — проездом — не пользовались, фактически платили за вход на станцию. Суд мы проиграли, но под влиянием общественного мнения «Российским железным дорогам» пришлось отменить эту практику.

— Самые недавние обвинения в предательстве России на вас посыпались из-за памятки отправляющимся в Крым…

— Да, нашу памятку заметили всякие депутаты-фрики, начали пиариться на этой теме, звонить в прокуратуру. Прокуратура перевозбудилась и издала предписание Роскомнадзору заблокировать наш сайт. Весь сайт, что важно, а не только страницу, где ее можно было прочесть. СМИ, перепечатавшие нашу памятку, получили уведомление о блокировке только конкретной страницы сайта с ней. После удаления памятки — мы решили такой эксперимент провести, ее невозможно было сохранить на сайте — Роскомнадзор так и не разблокировал сайт.

Так вот, памятка содержала юридические советы для тех, кто посещает Крым: мы ссылались на украинское законодательство, которое вводит административную, а в некоторых случаях уголовную, ответственность за въезд на оккупированные территории.

А еще была подана — не ОЗПП, а лично мной и двумя моими коллегами — жалоба в Конституционный суд. Мы обжалуем федеральный закон о принятии Крыма в состав РФ. На наш взгляд, этот закон противоречит самой конституции.

— А почему только сейчас обжалуете? Почему не полтора года назад?

— У обычного гражданина нет права обратиться в Конституционный суд, если он считает какой-то закон неконституционным. Для этого ваши права должны быть нарушены применением конкретного закона. Так что мы пошли на хитрость. Подали документы на регистрацию общественного движения в Минюст, указав, что движение наше — международное именно потому, что есть филиал в Крыму, а Крым — это Украина. Как мы и ожидали, Минюст ответил: вы что, идиоты, Крым наш! Мы пошли в суд. Суд подтвердил решение Минюста. И вот после этого у нас появилось процессуальное право на обращение в Конституционный суд: наши права нарушили, не зарегистрировали наше движение. Посмотрим, решится ли КС принять такое заявление и рассматривать его по существу.

— А как закон о принятии Крыма нарушает конституцию?

— Конституция нарушает сама себя. Произошло нарушение континуитета — это понятие о непрерывности права. Согласно действующим международным договорам, территория Крыма — это Украина. А президент подписал указ, признающий независимость Крыма. Указ, чтобы вы понимали, — это подзаконный акт: его юридическая сила ниже даже закона. В юриспруденции есть такое понятие — казус, на бытовом языке — чушь. Казус не может иметь юридических последствий. А после нарушения континуитета в России наступил новый конституционный строй — по сути, мы сейчас живем по нему. Все силовые ведомства, да и президент, присягали на старой конституции. Теперь присяга недействительна.

— Ну, оттого, что присяга недействительна, президент же не рассыплется в песок! Если на это нарушение никто не смотрит, то и последствий нет.

— Мы надеемся, что Конституционный суд посмотрит. И потом, это сейчас не смотрят, а потом в Совете безопасности поставят вопрос: а что это за страна такая — Россия? Была Россия, которую мы знаем, у нее была конституция. А теперь другой конституционный строй, другая страна, по сути.

— Вы какого решения от суда ждете?

— В идеале, конечно, признания неконституционности закона. Но тогда Крым надо возвращать. Точнее, признать, что мы и не приобретали никаких прав на обладание им, то есть Крым не наш юридически.

— Но фактически-то в Крыму сейчас все равно Россия.

— Фактически там действует российская администрация, да. Но там действует не право, а право силы.

— А вам не стремно так идти против указа президента?Путин про вас один раз уже сказал, что ОЗПП — классический пример «иностранного агента»…

— Сказал, ну и что. Вообще это возмутительно, когда президент занят не своим делом. Какое ему дело до какой-то общественной организации? Мы действуем в правовом поле, выпуск памятки с юридическими советами — вообще не его дело, он здесь некомпетентен, и законодательством на него не возложена функция вмешиваться, комментировать деятельность общественных объединений. Это гражданское общество, оно от него никак не зависит. Это говорит, скорее, о паранойе в голове у господина Путина. Представьте себе, что президент Буш комментировал бы, что некое общество прав потребителей где-то в Калифорнии издало памятку с предупреждением не покупать айфоны, например. Какое ему дело-то?

— К тому же вы не иностранные агенты вовсе.

— У него источники информации — разноцветные папки, которые ему кладут на стол разные ведомства. И в одной из них, видимо, говорилось, что мы — иностранные агенты. Легко зайти на сайт Минюста и убедиться, что мы не внесены в перечень, иностранного финансирования у нас нет. А на нашем сайте вверху стоит ссылка «иностранный агент» — если по ней кликнуть, мы подробно объясняем нашу позицию. Мы добровольно самоназвались так — демарш такой, протест против самого закона. Это говорит об уровне подготовки информации для президента. Какие решения он может принять, если ему дают такие сведения?

— А люди к вам не стали меньше обращаться после такой антирекламы?

— Людей это абсолютно не интересует. Есть, конечно, маргинальные группы граждан, которые возмущаются, пишут нам на почту и во все наши аккаунты оскорбления и угрозы… Ярлык «иностранный агент» мы повесили на сайт в 2012 году. Многие коллеги говорили: может, не надо, снизится поток клиентов, сейчас же люди возбуждены шельмованием иностранных агентов по телевизору, они к нам не пойдут… А на деле абсолютно ничего не изменилось. Кампания по шельмованию иностранных агентов не достигла своей цели, это мы увидели на собственном опыте. Не было ни одного человека, кто сказал бы: «А, вы иностранный агент — тогда мы не пойдем к вам за помощью». Людям важно, помогут им или нет — независимо от их политической позиции.

А вот заблокированный сайт мешает доступу. Не было ни одного законного основания для блокировки сайта, мы будем это обжаловать.

— Но уголовное дело на вас, которое так требовали завести, так и не завели, да? То есть последствий публикации памятки было даже меньше, чем после истории с храмом Христа Спасителя?

— Да, после истории с ХХС у меня судимость, я клеветник. Тогда суд приравнял оценочное суждение к клевете. Я говорил, что ситуация, когда тысячи человек сдавали деньги на строительство храма, а построен бизнес-центр, напоминает аферу. Фонд храма Христа Спасителя пытался против нас сначала административное дело о клевете возбудить — когда клевета была выведена из УК, — но дело развалилось в суде. На втором этапе они подготовились чуть лучше, а клевета уже была возвращена в Уголовный кодекс.

А по памятке возбуждать уголовное дело не за что. И пока ни обысков, ни приглашений на допрос — ничего не было.

— А почему вы именно эту область защиты прав выбрали? Когда говорят о правозащитниках, имеют в виду вытаскивание людей из тюрем или что-то подобное…

— У нас, слава богу, пока не вся страна сидит. А потребителями являются все без исключения — все взрослое население сталкивается с проблемами. Защита прав потребителей нужна, когда залезают в ваш кошелек.

— Мне просто кажется, что сейчас потребление оказалось в опале: государство призывает не потреблять, а затянуть пояса потуже и противостоять внешней угрозе.

— Но население-то не совсем разделяет этот энтузиазм. В том числе и по нашей деятельности видно: люди не хотят отказываться от привычного уровня потребления. Они вынуждены в связи с кризисом отказываться от каких-то удовольствий, но это делается не по идеологическим основаниям.

— То есть вы не верите, что люди хотят не возможности без обмана тратить свои деньги, а железной руки и ввода войск на Украину?

— По нашим ощущениям — нет. Маргиналами легко манипулировать с помощью пропаганды, это верно. Истории про распятых мальчиков, конечно, влияют на людей, но загнать обратно в совок людей будет очень сложно. Поздно: в девяностые и нулевые мы уже вкусили этого хамона. Это расхожий миф, что наше население сейчас вернется к совковому мышлению: лишь бы не было войны, а мы готовы отказаться от всех благ цивилизации. Не готовы. Памятка многих возбудила именно потому, что там сказано, как после поездки в Крым могут отказать в шенгенских визах. Люди не готовы отказаться от поездок в ненавистную Гейропу, которую ругают по всем федеральным каналам. Людей даже перспектива уголовного преследования со стороны Украины взволновала меньше. Да, эмоционально они за Крым — но в ситуации выбора они думают о себе, а не о Путине.

— То есть потребление спасет Россию?

— Ну, это один из факторов.


Самое читаемое сегодня


Категория: Бизнес Новости | |

Подписка на RSS рассылку Аншаков: возмутительно, когда президент занят не своим делом


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.