Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Балтийский путь. Латвия: кто болеет за Донбасс?

  • Балтийский путь. Латвия: кто болеет за Донбасс?
  • Смотрите также:

Долгие годы положение русскоязычного населения в Эстонии, Латвии и Литве было поводом для вялотекущих конфликтов между Москвой и тремя балтийскими столицами. После аннексии Крыма эти конфликты дали повод для разговоров о том, что Москва-де может тоже начать защищать права этих этнических русских, используя силу.

Хотя на практике эти опасения пока никак не реализовались, обстановка в регионе нервная. Корреспондент Русской службы Би-би-си Олег Болдырев проехал по всем трем странам. Рижская часть поездки началась с вопросов о том, что думают латвийские русские о войне в Донбассе.

Подавляющее большинство русских в Латвии сочувствуют Донбассу, это для меня очевидно

Владимир Линдерман, активист

Скажем, сколько местных русских готовы уехать воевать за ДНР и ЛНР? Полиция безопасности Латвии (аналог российского ФСБ) точно не знает. Раньше говорили, что около десятка.

Мы очень стараемся идентифицировать всех, кто туда отправился или намерен отправиться, - говорит заместитель главы ПБ Юрис Лейтиетис. - В нашем распоряжении пока нет прямой информации о том, чтобы эти люди оттуда вернулись. Мы считаем, что пребывание человека на Украине в зоне конфликта приравнивается к его пребыванию в Сирии в зоне конфликта.

Их число прямо пропорционально усилиям российской пропаганды, которая в последнее время широко развернулась, - продолжает он. Но почти сразу говорит, что большая часть русскоязычных придерживается в восприятии украинского конфликта позиции Латвии и других европейских стран.

Подавляющее большинство русских в Латвии сочувствуют Донбассу, это для меня очевидно, - заочно возражает ему Владимир Линдерман. Многих из тех жителей Латвии, кто уже воюет на Донбассе, он знает лично.

Внешне на возмутителя спокойствия и радикального защитника прав русского меньшинства Линдерман не похож. Но он национал-большевик с двадцатилетним стажем, организатор нескольких резонансных акций протеста и референдума о статусе русского языка, фигурант трёх текущих уголовных дел.

И тем не менее, он стоит вместе со всеми на бульваре Райниса в Риге и ждёт, пока загорится зелёный. Потому что он прежде всего рижанин, а у них с этим делом строго. Как гласит бородатая шутка, тысячи жителей Риги не смогли вернуться с работы домой, потому что светофор сломался.

У Линдермана точных цифр тоже не добьёшься. Он говорит, что ничего не знает о тех, кто готов от сочувствия перейти к борьбе. Впрочем, ему приходится быть осторожным: одно из уголовных дел заведено против него по обвинениям в вербовке добровольцев для Донбасса. Активист отрицает эти обвинения.

Пока следствие идет, парламент в середине февраля одобрил поправки в Уголовный к 193bc одекс, которые вводят уголовное наказание для тех, кто уезжает воевать за границу в конфликтах, грозящих территориальной целостности третьих стран.

Линдерману кажется, что в пропорции к полумиллионному русскоязычному населению страны предполагаемые десять бойцов из Латвии - солидная цифра. Он гордится. Но допускает, что на его личной судьбе нововведения УК могут отразиться плохо.

Происходящее на Украине пока полностью занимает его внимание. В каком-то смысле латвийская власть может вздохнуть с облегчением. А то кто знает, что ещё он придумает. В 2012 году Линдерман и его сподвижники собрали достаточно подписей для организации референдума за признание русского языка вторым государственным. Власть реально завибрировала, - говорит он.

Но три четверти проголосовавших это предложение отклонили. В плебисците не могли участвовать триста с лишним тысяч неграждан, но даже их голоса, похоже, не склонили бы результат в сторону да.

Потом мой собеседник попробовал затеять еще один референдум - о запрете гей-пропаганды. Крайне странно, если учесть, что Линдерман – создатель Еще, одной из первых советских газет о сексе, и владелец первого в СССР секс-шопа.

Но, утверждает мой собеседник, к гомосексуализму претензии у него не моральные, а политические, ибо он принимает характер гендерной идеологии с сильными чертами тоталитарности. Как бы то ни было, даже попытка взять в союзники консервативное христианство Латвии достаточного числа подписей под идеей референдума не собрала.

Так же безуспешны были и попытки провести голосование по автономии Латгалии - юго-восточной части Латвии, граничащей с Россией. Это стоило Владимиру ещё одного уголовного дела. Да и сподвижников поубавилось. Весь активный элемент уже в Лондоне, в Дублине, а сейчас уже немножко и в Луганске, - признает оппозиционер.

Он немного разочарован. Русские с правом голоса предпочитают журавлю синицу и идут за политиками латвийского мейнстрима. Надежда - только на глобальные сдвиги. Если Россия выйдет из этого противостояния победителем и у людей будет ощущение, что оно закончилось достойно для России, то тут усилятся про-русские настроения, будет чувство, что все ещё впереди.

Два кота и Согласие

В кабинете рижского мэра Нила Ушакова обитают два кота. Иметь одного было бы затруднительно, неполиткорректно. А так есть Мурис, и есть Кузя. Что хорошо отражает амбиции хозяина этой комнаты - одного из крупнейших русскоязычных политиков в Латвии с популярностью не только у русских, но и латышских избирателей. Что там у них за ротация - не знаю, но вечером, когда мы записывали интервью, по-русски, дежурил черный Кузя.

Возглавляемая Ушаковым партия Согласие на последних выборах в Сейм набрала больше других - 23% голосов. Сколько из них отдали латыши, точно неизвестно, но Ушаков ссылается на данные экзит-поллов, которые учитывали язык ответа. Тогда выходит, что каждый пятый, проголосовавший за Согласие - латыш. На муниципальных выборах, говорит мэр, доля латышей и того выше. Если так, то называть его партию прорусской правильно только отчасти.

Но в правящую коалицию Согласие не взяли. Большинство русскоязычных голосуют за нас. И в латвийской политике, которая завязана на стереотипах и использовании этих стереотипов, для части правых это проблема, - говорит Ушаков.

В историю вошла фраза Ушакова, что Путин - лучшее, что возможно для Латвии. Ушаков говорит, что фразу вырвали из контекста. В России смена режима будет означать приход либо националистов, либо коммунистов, либо комбинации из националистов и коммунистов. Если не брать фантастические, а реалистичные варианты, то президент Путин - это лучше, чем любая другая опция, - разворачивает он свою мысль.

В политике стереотипов ложечки, конечно, на месте, но остаток присутствует ещё какой.

А зачем его партии понадобилось дразнить гусей и заключать договор с Единой Россией? Для бизнеса, отвечает Ушаков. Чтобы доставить рижскую продукцию в лондонский Хэрродс связи с мэром Джонсоном не нужны, а с московскими супермаркетами дело, конечно, идёт лучше при содействии единоросса Собянина. Впрочем, со связями или без связей, признает, Ушаков, российские контрсанкции поставили крест на таких поставках.

И в вопросе европейских санкций Ушаков и его партия идут против превалирующего в Европе мнения. Санкции - это не тот инструмент, который может заставить жителей России выступить против властей России, чтобы они изменили политику на Украине или любую другую политику. Мы за это платим больше других, мы используем инструмент, который не работает, чему же тут радоваться? - объясняет русский мэр и латвийский политик.

Нелегкий путь к тарелке

Шпроты из Салагривы, городка на севере Латвии, не пострадали от российского эмбарго, консервы под ограничения не попали. Но их придавило падающим рублём.

С декабря поставки с завода Brivas Vilnis в Россию почти иссякли, закупщики были не в состоянии платить. Шпроты в Латвии делают несколько фирм, и салагривский завод ещё не в самом худшем положении, у него на Россию приходилось около трети продукции. И это ещё спасибо Онищенко - после периодических эмбарго на латвийские консервы тут решили ограничить поставки в России на уровне 30%.

Пока что серебристый ручей из рыбок все так же течет по конвейеру, работницы споро нанизывают кильку на стальные прутья, а печь рядом с коптильнями исправно гонит ольховый дым. Но уже вместо пяти дней в неделю завод работает четыре. Соответственно, на 20% снизились зарплаты.

Люди испугались за будущее. Не прогнозируется, как долго это будет продолжаться, - говорит Генри Бабрис, менеджер по качеству. - Мы самый крупный работодатель в регионе, делаем общую структуру занятости в городе и регионе, почти в каждой семье в городе есть работающие на нашем заводе.

Пытаются, говорит, искать другие рынки. Затеяли даже новую упаковку, с прозрачной пластиковой крышкой. Но, вздыхает Бабрис, Европа - старый рынок, его трудно переубедить на новую продукцию.

Это просто ответные действия

Вступили в Европу, думаете, нам лучше жить стало? Плевать этим европейцам на Прибалтику. Закрылись заводы, сельское хозяйство порушено..., - Людмила Никишина, торговка на рижском рынке, выдаёт мне набор мнений, который за несколько дней общения с русскими в Эстонии и Латвии уже стал привычным. Все плохо, и все, кто мог, уехали. На запад и на север. Не в Россию.

А они все нагнетают и нагнетают. Танки привозят, оружие... Это же не просто так. Меня волнует, да, - говорит Людмила. - У меня на Украине мама.

Выхода пока никто не хочет. Запад устраивает, чтобы ослабить Россию, а Россия хочет укрепить свои позиции. Тоже понять можно. Почему ей должны понукать?

А) Запад первый начал; Б) Россия защищается; В) Все врут - с этим набором постулатов сталкиваешься постоянно.

Людмила поражена тем, что многие латыши верят, что Россия может на Латвию напасть. Нет, разубедить их она не может. Как можно разубеждать, когда перед тобой - стена... Хотя вот же есть российское телевидение.

В ее павильон с головными уборами и кожгалантереей заходит покупатель, и вопрос о том, почему эти странные латыши не хотят позволить российскому телевидению их успокоить, повисает в воздухе.

Александр Зеленов, строитель, хочет купить кошелёк. Я поддерживаю политику Путина в отношении Украины, потому что НАТО настолько близко приблизилось к границам России, что это просто ответные действия в ответ на расширение НАТО, - говорит он.

Но и он не считает, что это грозит Латвии какими-то потрясениями и уж тем более - российским вмешательством. Это надо было делать в 91-92-м. Сейчас поезд ушёл, русские уже интегрировались в общество Латвии. За этим следует очередной пассаж о том, что экономика провалилась, и все, в общем, плохо.

Очень хорошие krievi

На окраине Риги, в банкетом зале одного из бизнес-центров, девять человек обложились учебниками и брошюрами и что-то читают по очереди. Что именно - я не понимаю. Идёт урок латышского языка для взрослых. Первая категория, самая базовая. Палдиес, - прерывает каждого читающего преподаватель. Спасибо, то есть. Палдиес... палдиес... палдиес.

Чтобы получить в Латвии хоть какую-то пристойную работу, надо сдать экзамен на вторую категорию. Этот курс оплачивает государство, но, говорят ученики, иногда приходится ждать несколько месяцев, прежде чем откроются места.

Учащиеся немногословны. Раньше я работал, не было возможности учить. Пошел на биржу - появилась возможность, - говорит 30-летний Алексей. Работать он мог бы наладчиком станков с компьютерным управлением. Он утверждает, что большинство его друзей - латыши. Друзей, стало быть, совершенно не напрягает говорить с Алексеем по-русски.

Есть и экзотические варианты. Рядом с Алексеем - Гедиминас, литовец, родившийся и проживший в Латвии всю жизнь. Гражданства у него нет ни в Латвии, ни в Литве. Он объясняет иностранцу, что литовский и латышский – два не очень похожих языка. И вот в предпенсионном возрасте приходится ему ходить в школу.

Хватает ли 150 часов, отпущенных на каждый курс? Мало это, два месяца, надо больше, - говорит 26-летняя Виктория, сидящая в ожидании урока по второй категории. Латышский она учила в школе, но сразу он не пригодился, и вот - забыла. Не особо комфортно, - отвечает она на вопрос о том, как вообще жизнь. - Я жила в Англии, меня тянуло сюда, обратно, но там было лучше.

Кто точно доволен, так это преподаватель Сармита Щуцка, проработавшая учителем всю жизнь. Я никогда так не любила свою работу. Криеве (русские) - очень хорошие мои люди. Я очень люблю работать со взрослыми. Дети говорят, что это учительнице нужны знания. А тут, они сами хотят.

Надо же. По выражению лиц у тех, кто сидит за столом, не угадаешь.

Понаехавшие

В квартире 17 ремонт в полном разгаре. Камин уже отреставрирован, новый паркет прикрыт картоном, ванная наполовину обложена кафелем, в центре залы валяется мойка. Мы очень надеемся через месяц въехать, - говорит хозяйка, бывшая москвичка Мария Барулина.

Барулина - представитель примерно 10-тысячного контингента россиян, получивших в Латвии вид на жительство за покупку недвижимости. До сентября прошлого года ценник в такой схеме был установлен на уровне 143 тысяч евро за дом или квартиру. Потом его подняли вдвое. В сочетании с падением рубля планка, выходит, стала раза в четыре выше.

Чего тут больше: стремления уехать из России или желания побыть на новом месте? 50:50, считает Мария. Она замужем за украинцем. Долгие годы супруги ездили на лето на Рижское взморье, и жизнь в Латвии была предметом гипотетических ах, если бы.

Мир был открытый, мы ездили туда-сюда, и пересечение границ было абсолютной нормой. А весной прошлого года появилось опасение - а вдруг что-нибудь закроется? Примут очередной закон, границу России закроют, и как мы будем соединяться? - рассказывает она.

В небольшой и чистой, по московским меркам, столице, Мария чувствует себя очень хорошо. Мы чужие, это понятно, но мы боремся с этим, стараемся обжиться. Магда учится в местной школе, я начала учить язык два дня назад. Мы стараемся найти свои любимые места, мы обрастаем друзьями и связями.

Никто из местных латышей, по ее словам, никаких претензий ей не предъявлял. Неприятная история случилась лишь однажды. Супруги переехали в Ригу на двух машинах - с российскими и украинскими номерами. Однажды у одной из них сел аккумулятор, и пришлось прикуривать от второй. Мимо шла русскоговорящая компания, и они начали кричать Украинский фашист, убирайся отсюда, - вспоминает Мария.

Но это, говорит она, исключение. И даже дискуссии с теми русскими, кто видит украинскую войну только через репортажи российского ТВ, не приводят к такому ожесточению, как в Москве.

В убежавшую Волну

Холодным субботним утром плотность отдыхающих на юрмальском пляже идеальна. У каждого есть 50 метров знаменитого взморья. Гуляют, в основном, жители Риги. Главный вопрос - сколько тут будет народу летом. Из Юрмалы, поссорившись с властями на предмет Кобзона и Валерии, ушли крупнейшие российские поп-фестивали. А потом поездки в еврозону стали для россиян вдвое дороже.

Капец, - констатирует Татьяна. - Все магазины, все рестораны жили за счет этого. Потом могли хоть год не работать. Не будет одних туристов, приедут другие. В жизни не бывает пустоты, Юрмала не пропадет, - возражает Вера. Посмотрим, конечно, - говорит Лариса. - Но вообще лишили нас большого праздника. Даже если мы не могли посещать эти фестивали, все равно знали, что это праздник, хотя бы для тех, кто может пойти.

Собеседники на песке все как нарочно русские. Латышская пара - мама с дочерью - безмолвно отклонили предложение поделиться мнением.

Я с местными жителями много общалась, - рассказывает приехавшая из Москвы Наталья. - И многие считают, что перенос фестивалей - во благо, потому что на четыре недели летом Юрмала превращалась в жуткое место. Лично я приеду в Юрмалу летом обязательно именно потому, что там не будет Новой волны.

Может быть больше приезжать с детками, - продолжает мысль Ивета Берскалне, хозяйка магазина рукодельной одежды на главной юрмальской улице, Йомас. - У нас детская студия, рядом тут, в Булдури, и мамочки радовались, что хоть теперь смогут приехать к нам. Потому что был балаган.

Но плохих прогнозов на Йомас больше. Волна кормила Юрмалу пару летних месяцев, - утверждает Александр Крастиньш, представившийся местным пьяницей. Запивая ром пивом, он не надеется на то, что более степенный турист прокормит его город. Пенсионеры ездят только для экзотики, - говорит он.

У меня впервые появились долги по квартплате, - мрачно заявляет Виктор, торгующий с лотка домашним вареньем и грузинскими соусами. - Ну, приедут сюда эти немцы и шведы. А толку с них? Они разрешают себе потратить пять евро в день. Нет, покупатели тут реально были только русские.

Виллы из бетона наступают на старые дачные домики. Каждые три минуты натыкаешься на стройку в той или иной стадии завершенности. Что будет с этими проектами, никто не знает. Заоблачная цена местных квадратов явно будет спускаться поближе к юрмальскому песку.

Что нам стоит...

Юрмала - сезонный город, полгода недвижимость стоит пустая, - объясняет Сергей Бояркин. И утверждает, что его детищу - поселку Пиньки, в трех километрах от моря, отток российских денег не грозит. Из ста домов, построенных за последние четыре года по немецкой технологии и финскому ландшафтному проекту, непроданными остались только 14. Центром притяжения служит престижная школа неподалеку.

В Пиньках, по его словам, половина домовладельцев - из России стран СНГ, одно из строений принадлежит, к примеру, человеку, не так давно занимавшему в Москве должность заместителя министра. Русские идут сюда. Точнее, едут.

Застройщиком Бояркин стал, оставив высокую должность в Росатоме. На вопрос о причинах отъезда отвечает, что закончил крупный проект по разработке АЭС нового поколения и сидеть без дела не хотел. Хотя при выключенной камере говорит, что повлияли и некоторые особенности российского делового климата, после которых хочется убежать далеко и надолго. Дел в России у него теперь почти не осталось.

Человек, оперирующий миллионами евро, не сталкивается с языковыми проблемами. Ему и его деньгам тут рады. Местные чиновники, по словам Сергея, стараются говорить по-русски, даже если не очень хорошо им владеют.

Утверждения о том, что русским тут неуютно, считает натяжкой. Видимо потому, что он общается с теми, кто видит перспективу. У меня на стройке трудились несколько ребят с опытом работы в Англии и Норвегии. Когда появилась работа здесь, они вернулись, они там не только заработали деньги, но и приобрели навыки. Не только технические, навыки взаимодействия в новой среде.

Среди московских таксистов, людей, которые ворчат, встретишь чаще, чем среди таксистов в Риге, - говорит он.

Равнение на Ротко

Ну как не дать тут слово таксисту? Раньше тут, на улице Чака, днем можно было только боком ходить, так много людей было, - сокрушается рижский водила Рихтерс. - Остановился, высадил пассажира из машины, тут же новый прыгал. И думать не надо было, как деньги делать. А теперь? Теперь все та же тема - все уехали, а у тех, кто остался, денег мало.

Такси-электричка-Даугавпилс. Этот город на юго-востоке Латвии ошибочно называют русским. Местные поправляют - не русский, а русскоязычный. Тут, помимо русских, живут поляки, белорусы, литовцы, и, конечно, латыши. И все они с равным усердием стремятся покинуть этот бывший индустриальный центр.

Самый знаменитый отъезжант из Даугавпилса, а тогда еще Двинска - Маркус Роткович, сын фармацевта. В 1913-м, опасаясь набора в царскую армию, отец уехал в Америку и перевез туда семью. В 1940-м Маркус Роткович официально укоротил свое имя до Марка Ротко. И так этого американского экспрессиониста теперь знает весь мир.

По-моему, аукнулась мне моя шутка на автобусной станции в Нарве, ибо случайная попутчица по трамваю направила меня в музей Ротко (тут недалеко, минут десять), маршрутом, покрывшим полгорода. Видимо, это у них юмор такой.

Невзирая на выходной день, музей, разместившийся на территории бывшей крепости Динабург, пуст. А между тем доступная экспозиция полотен Ротко тут - вторая по величине в мире, после лондонской Тейт Модерн. Впрочем, и это немного - один не битком набитый полотнами зал. Торопитесь, туристы – бесценные работы Ротко одолжены музею всего на три года!

Зато полон людьми Артиллерийский погреб, бар, куда, вернувшись в родной город на уикенд, заглянула 23-летняя Лаура Бутя из Манчестера. Я уже в девятом классе мечтала где-нибудь за границей учиться. Тут все очень обычные специальности - физика, химия, медицина. А чего-то поинтересней нет.

И Лаура уехала в Англию, где четыре года изучала маркетинг в области моды. Живет в Манчестере, и в ближайшие годы возвращаться не планирует. Но когда-то вернется. Очень хотелось бы набраться опыта, поработать в разных компаниях, приехать сюда и что-то продвинуть здесь.

Я не могу себя определить ни к русским, ни к латышам, ни к полякам, - рассказывает другой мой собеседник, 20-летний Константин. В паспорте стояло поляк, но в нашем паспортном столе можно заявить какую угодно национальность, никто не проверит.

Константин уехал работать на фабрику в Мюнхен, оттуда перебрался в Англию, а потом все-таки вернулся и теперь учится на искусствоведа. Остается надеется, что творчество Ротко или кого-то еще даст ему достаточно материала для работы.

Когда, еще до записи, я спрашиваю, что для него Латвия, Константин надолго задумывается, и слово родина как-то упорно не идет ему на язык. Гражданин мира? Национальная идентификация точно не сильно занимает людей в Даугавпилсе. Тут никто стопроцентно не ответит, латыш он или русский. Для нашего поколения это не проблема. Все мы знаем русский, все мы знаем латышский, - говорит Константин.

Все, кроме бармена. По-русски он говорить принципиально отказывается.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Балтийский путь. Латвия: кто болеет за Донбасс?


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.