Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Английский след в истории Второго ополчения во время Смуты

  • Английский след в истории Второго ополчения во время Смуты
  • Смотрите также:

Ополчение Дмитрия Пожарского было собрано в т.ч. на шведские и английские деньги. В планах англичан было посадить на русский престол шведского принца Филиппа, но в итоге царём на казацких саблях избрали Романова. Россия сохранила независимость, но расплатой стало её периферийное положение в капиталистической системе.

Блог Толкователя заканчивает тему причин и последствий Смуты в начале XVII века. Первая статья рассказывала, как глобализация привела к Смуте.

Английский след в истории разгрома Семибоярщины мы находим при анализе биографий некоторых знаменитых во времена Смуты личностей и их семей.

Обратим внимание на знаменитый род Татищевых. Этот род славился тем, что ряд его представителей в допетровской Руси выполнял ответственные функции по обороне границ государства, служа воеводами в приграничных крепостях. Трое Татищевых — Юрий Игнатьевич, Григорий Игнатьевич и Владимир Игнатьевич — были современниками событий 1612 года и вполне могли находиться недалеко от Москвы, когда Второе ополчение очищало столицу от войск боярского правительства.

Григорий Игнатьевич Татищев участвовал в избрании на царство Бориса Годунова. Известно, что в конце 1612 года он был воеводой в Ваге, соответственно, назначен туда раньше. Городок Вага располагался почти в 400 км к юго-востоку от Архангельска. Но кто его туда отправил? Мог, конечно, Пожарский во время пребывания ещё в Ярославле. Но едва ли Григорий принял бы такое назначение из рук главы непризнанного правительства, это не похоже на человека, участвовавшего в выборах Годунова. Вероятнее всего, в Ваге Григорий оказался по назначению либо Шуйского, либо боярского правительства. Конечно, это было не самое лучшее назначение в карьере Григория Татищева, но регион Архангельска имел для Московского правительства стратегическое значение — через него шла в основном очень выгодная торговля с Англией и Голландией.

Самый интересный персонаж — это Владимир Игнатьевич Татищ 2000 ев, соратник Скопина-Шуйского, единственный из этих трёх, кто отказался признавать боярское правительство и принимал участие во Втором ополчении. Он интересен как автор письма вычегодцам с призывом собрать средства для ополчения. Но почему именно он обращался к жителям далекого края? Дело в том, что Вычегда принимала участие в приносившей высокие доходы «английской торговле», которая оказалась парализована в результате действий атамана Заруцкого в районе Ярославля.

Род Татищевых был каким-то тесным образом связан с Англией. Известно, что Юрий Игнатьевич, воевода в Курске, был вызван специально из Курска в 1616 году встречать английское посольство в Москве, где и остался. Вскоре был заключён Столбовский мир. Григорий Татищев «сторожил» Вагу, пункт в сфере «английской торговли». А Владимир Игнатьевич призывал жителей Вычегды финансировать ополчение Минина и Пожарского.

Когда Заруцкий и сторонники тушинцев в Верхнем Поволжье перекрыли путь к Москве, заняв уже после смерти Лжедмитрия II Ярославль как важный транспортный узел, английские купцы сидели с товарами в Вологде. Можно представить их положение и положение русских купцов районов Вычегды и Архангельска, это — состояние затоваривания вследствие отсутствия сбыта и очень мрачные перспективы на будущее. Возможно, пропольская партия в Кремле ничего не имела против торговли с Англией и Голландией, но русско-английские отношения были под большой угрозой, поскольку за боярским правительством стояли поляки, которые были, как и все католики, против протестантских государств. К тому же новое правительство в Москве было не в состоянии унять Заруцкого и его казаков, да и польские отряды ему фактически были неподконтрольны. Поляки (а точнее в большинстве своем украинцы и белорусы) упорно стремились прорваться к Вологде и Устюгу. Это вполне становится понятно, если вспомнить, что именно там с товарами и деньгами застряли английские и прочие иностранные купцы.

Вероятнее всего, Татищевы как-то экономически были тесно связаны с «английской торговлей», а, значит, могли вполне образовывать наряду с другими заинтересованными лицами проанглийскую, или пропротестантсткую, партию в Московском государстве.

Вспомним, что было тогда в Англии, в начале XVII века. Только недавно умерла Елизавета I, сделавшая из своего королевства оплот протестантизма в Европе. Между скандинавами и англичанами налаживаются экономические и политические отношения, те и другие были ревностными протестантами. В Европе образовалась антипротестантская лига во главе с Испанией. Назревал большой конфликт, который должен был вылиться вскоре в Тридцатилетнюю войну. Шведам было крайне невыгодно усиление практически у себя в тылу Речи Посполитой за счет её унии с Московией. Это могло означать существенную перетасовку сил в Европе в пользу католических радикалов, поскольку именно таковым слыл король Сигизмунд III. Отсюда в интересах всех протестантов было сохранение выгодной «архангельской торговли», а также хотя бы военного нейтралитета Москвы.

Собственно, эти задачи и осуществляет князь Пожарский.

Первыми на призыв Пожарского отозвались вяземские и дрогобужские дети боярские, которым не было дано испомещения боярским правительством, что стало и мотивом антипольского движения в этом сегменте служилого сословия. Вторыми пришли коломенцы и рязанцы, а затем уже казаки и стрельцы из украинных городов. У Иловайского указана интересная деталь: каждый ратник ополчения получал жалование 50 рублей по первому разряду и 30 — по второму. Очевидно, это — годовой оклад, так как пушкарь получал на Руси в среднем жалование максимум 3 рубля в год. Столь огромные оклады дворянам, пришедшим на службу к Пожарскому, сами говорят за себя — речь идет о серьёзной материальной мотивации военных (очевидно, чисто моральные мотивы работали слабовато). Соответственно, чтобы поставить под ружьё 1000 бойцов, Пожарскому надо было годовой бюджет около 40 тысяч рублей, учитывая дифференциацию оплаты военнослужащих по разряду.

Можно ли было собрать такую сумму? В 1612 году таможенные сборы одного Нижнего Новгорода составили всего 6 тысяч рублей. В Ярославле таможенные сборы давали обычно на треть меньше. Чистые доходы средней городской семьи в России того времени едва ли достигали максимум 1 рубля, более половины населения жило в ужасной нищете. Накопления городских обывателей и крестьян в средние века обычно не были значительными, богатыми нельзя назвать даже 4000 нижегородских купцов того времени. Собрать большие суммы с крестьян в конце Смуты было практически невозможно, поскольку сельская экономика была основательно демонетизирована.

Из всего сказанного выше следует, что Пожарский мог собрать под свои знамена (по крайней мере, первоначально) максимум 1000 бойцов из числа служилых людей, хотя скорее всего их было 500 человек. Тот факт, что дети боярские и дворяне снаряжались и кормились не за свой счет, а на деньги казны ополчения, говорит в пользу того, что большинство городских обывателей едва ли могло снарядить в то время себя на войну. Поэтому оценка численности Второго ополчения колеблется в пределах примерно одной тысячи человек. Атаковать с такими малочисленными силами Москву мог только безумец. Поэтому Пожарский и сидел несколько месяцев в Ярославле, ожидая изменения ситуации в самой Москве и прекрасно понимая, что Сигизмунд тоже стеснён в средствах и не может содержать в Московском княжестве большое войско.

Не исключено, что Пожарский ждал шведской финансовой поддержки. Именно в июле 1612 года в Новгороде действовало посольство от ярославского правительства, которое возглавлял Степан Татищев — ещё один представитель рода Татищевых. Сложность ситуации со шведами заключалась в том, что их король Карл IX умер, когда туда уже была отправлена миссия Степана Татищева. Возможно, смерть шведского короля внесла замешательство в действия Второго ополчения, поскольку было не очень хорошо известно о намерениях нового короля — Густава Адольфа — относительно дел в России. По мнению Иловайского, идея избрать в русские цари принца Филиппа исходила от участников посольства игумена Геннадия и князя Оболенского. Тем не менее, скорее всего шведский вариант изначально был в перспективах и самого князя Дмитрия Пожарского.

В 1612 году произошло также ещё одно очень любопытное событие, на котором надо подробнее остановиться. В июле в Архангельск прибыл небольшой (менее 150 человек) отряд английских наёмников. Представитель английского отряда в августе встретился с князем Д. Пожарским и предложил услуги наёмников, заявив, что «пошли де они с ведома английского короля». Вероятно, если бы это предложение было принято, то в Архангельск быстро пришли бы новые, более многочисленные отряды англичан. Однако Пожарский, наученный горьким опытом «помощи» шведов под руководством Делагарди, предложение англичан категорически отверг.

В российской историографии этот английский отряд рассматривается как группа наёмников, хотя реально это была, видимо, либо военная помощь, либо авангард оккупационного корпуса под видом военной помощи. Советские историки утверждали, что Д.М.Пожарский к помощи англичан сам не обращался и вообще был против иностранцев в своем войске и против использования иностранной помощи. Но тогда не совсем понятно, откуда он взял столько пороха и денег для ведения затяжной войны. Версия о народных пожертвованиях как о единственном источнике финансирования Второго ополчения кажется очень сомнительной.

Дискуссия об английском «ограниченном контингенте» стихла к концу советского периода. В императорской России этот вопрос вообще было не принято обсуждать. Позиция историков режима Романовых вполне понятна: концепция «царь, вера и основная народность» базировалась во многом именно на официальной интерпретации событий XVII века, в которой не было места сюжетам о помощи извне. Н.Карамзин лишь вскользь упомянул о планах правительства английского короля Якова I превратить Россию в колонию. Реально такой план существовал и исходил от английских купцов, торговавших в Архангельске (по сути, такой же план был в скором будущем осуществлен англичанами в Индии).

Попробуем разобраться в возможном смысле прихода в Россию английских солдат. Действительно, едва ли англичане могли предложить своего короля Якова I как реального претендента на русский престол, это было бы слишком необычно. Но был шведский принц Филипп, вполне подходящая кандидатура — он принадлежал к династии, максимально лояльной Англии. Дмитрий Пожарский даже после освобождения Москвы был на стороне этой кандидатуры. Поэтому несколько тысяч английских солдат могли стать веским «аргументом» в пользу избрания на престол не Михаила Романова (избранного тоже во многом под угрозой применения оружия — оружия казаков), а шведского принца. В этом случае Московское государство включилось бы в глобальный общеевропейский конфликт католиков и протестантов на стороне протестантских государств, а торговля англичан через Архангельск была бы надежно защищена.

В реальной истории надежды англичан на подчинение Московского государства не оправдались. Правительство Михаила Романова сохранило за английской Московской компанией право беспошлинной торговли, но заставило компанию поставлять в царскую казну товары по низким ценам, запретив ей к тому же вывозить шёлк. По итогам Смуты, таким образом, России в целом удалось сохранить самостоятельность как пусть и периферийного, но самостоятельного актора капиталистической мир-экономики.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Английский след в истории Второго ополчения во время Смуты


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.