Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Ни России, ни Украине не миновать сланцевой революции

  • Ни России, ни Украине не миновать сланцевой революции
  • Смотрите также:

После угольной и углеводородной начнется столетие водородной энергетики.

Китайский поворот российской энергетической политики случился не от хорошей жизни. Поскольку все идет к тому, что русский газ скоро некуда будет девать, так что его надо продавать хоть за сколько-нибудь. А тут еще, по случайному совпадению, украинские сепаратисты активизировались как раз там, где есть перспективные месторождения углеводородов, которые скоро начнут работать. Как ни странно, Россия на Украине действует прагматично, даже цинично. Ну, а что – здоровый цинизм дело прибыльное, на лирику решили не тратиться и ради выгоды моралью и совестью пренебрегли, ибо они суть химеры и изобретения нацпредателей. А имперский пафос – это так, разговоры в пользу бедных.

Осенью 2013-го я расспрашивал про сланцевый газ одного украинца, который реально в теме. Он сначала объяснил, что сланцевым называют всякий нетрадиционный газ, который бывает трех видов:

– сланцевый – газ горючих сланцев,

– метан угольных пластов (это тот, что взрывается в шахтах)

– тай-газ (tight gas) – газ плотных и плохо проницаемых пород, спрятанный в них.

Для простоты про все эти виды нетрадиционного газа говорят «сланцевый газ». И вот спец рассказал, что с этим делом перспектив больше всего в Донбассе (!) и Харьковской области, а еще богатые ресурсы могу найтись на Западной Украине (Львовская и Ивано-Франковская области), а, кстати, в Черном море (!) – полно газа традиционного – бери да разрабатывай. Свой газ у Украины должен появиться через год-два-три, уверял меня собеседник. Я слушал, слушал – и думал свое: а что ж с Россией будет, раз так, при таком раскладе-то? (К тому же попутно выяснилось, что быстро растет КПД солнечных батарей, а себестоимость их падает, а Китай резко нарастил производство). Впрочем, Россия моего собеседника не волновала. Тогда, по крайней мере.

Там была еще одна тема, второстепенная, я ее поднимал – что, возможно, скоро России некуда будет девать свои углеводороды. И я про это вспомнил сейчас, когда Путин начал большую игру с Китаем, как раз в струю. А пафосные разговоры в верхах про избавление от сырьевой зависимости – кажется уже и затихли...

– Скажи, пожалуйста, – говорю я этому спецу (который пожелал остаться неназванным), – что происходит со сланцевым газом? Добывают его все больше. Одни говорят, что счастье совсем близко. А те, кому он портит бизнес, предлагают нашему вниманию похожие друг на друга публикации (вполне возможно, что бескорыстно размещенные), в которых говорится, что это невыгодно, несерьезно и вредно для природы, и вообще блеф. Ну, дай свою версию как человек, который в теме. И у которого и без сланцевого газа все в порядке.

– Все расскажу. Давай по порядку. Очень коротко. Что такое природный газ, в целом? В ходе эволюции органического мира планеты возникали сланцы, сланцевые толщи. Они сильно обогащены органическим компонентом, который продуцирует газ, нефть, в определенных условиях – уголь. Пойдем от Донбасса. Донбасс – это уголь. Дальше идет пояс нефти. Продолжаем двигаться на север: там – газ. Все эти породы очень связаны между собой. Сланцевые породы – это нефте- и газоматеринские породы, т.е. они выделяют газ (давай здесь говорить только о газе), и этот газ курсирует в толщах земли. Он есть везде. Если мы начнем бурить, то убедимся, что все толщи обогащены газом. Но! Наиболее интересны нам так называемые коллекторы – это толщи, которые имеют хорошую пористость и проницаемость, там этот газ накапливается. Необходимое условие накапливания – наличие такой глинистой покрышки, которая не дает газу уходить в атмосферу. Грубо говоря, представь себе, что в глубине земли есть такая порода, как губка, ну, или как мочалка, или как кусок поролона, а сверху он накрыт глиной, поэтому газ, концентрируясь в этом поролоне, никуда не уходит. Вот это называется «традиционное месторождение».

- Мы начали с традиционных все-таки месторождений, к которым привыкли. И этот «старый» понятный газ, значит, не в полостях там копился, как может показаться неподготовленному читателю, а тоже в сланцах?

– Это не полость, это губчатые породы, у них высокая пористость и проницаемость. Между месторождениями, во всех породах, которые даже не пористые и не проницаемые, газ тоже есть – он рассеян по всей толще. Но концентрируется он там, где есть условия.

– Где, значит, глина прикрывает его от выхода в атмосферу?

– Да. И где есть пористая порода.

– Пористая – это, к примеру, какая?

– Ну, известняк, песчаник... Но это, как ты понимаешь, только часть газа, небольшая часть, которая попадает в эти «ловушки». Остальной же газ, если он не вышел в атмосферу, распределен в породе равномерно. Постоянно идет его диффузия. Например, в шельфовых зонах океанов и морей на больших глубинах, когда этот газ выходит, он под действием высоких давлений и низких температур превращается в газогидраты, которые сейчас тоже начинают разрабатываться японцами.

– Газогидрат – это что, жидкость?

– Это как снег или как лед, такой газовый лед на дне океанов и морей. Он не испаряется, потому что там высокие давления и низкие температуры. А если газ близко к поверхности земли, то он уходит в атмосферу. Если он, конечно, не в ловушках. Эти вот традиционные «ловушки» есть, но их, как правило, мало. А вот России повезло, она по таким традиционным залежам превосходит все страны мира. И положение ее в этом смысле улучшается. Вот Штокмановское месторождение – там триллионы кубометров, заполярные месторождения – и там триллионы, а дальше в сторону Северного Ледовитого океана – похоже, еще большие запасы.

– А у вас тут (разговор шел в Киеве – прим. ред.) нет традиционного газа?

– Ну, мелкие месторождения – про них говорить неинтересно. А крупные могут быть открыты на больших глубинах, в Днепрово-Донецкой впадине. Shell по договору о совместной деятельности с государственной компа 2000 нией «Укргаздобыча» хочет там бурить. Также традиционный газ может быть в Черном море на больших глубинах, но, к сожалению, сегодня нигде нет открытий – ни в Турции, где BP бурит; ни в Румынии, где активно идет разведка; ни в России, ни у нас. (В Румынии получен приток газа, но это не коммерческое количество, это ничего не значит). И вот еще, что интересно, по традиционным запасам: лет 10 или даже 20 назад развитые страны стали уходить с проблемных рынков. Они поняли, что обогащать, например, арабов – бессмысленно. Работать в России тоже рискованно. Западников начали выгонять с Сахалина-1, Сахалина-2 – после того, как миллиарды долларов Shell там вложил и другие. Вот – выгнали западников, заставили продать акции... Оказалось, что Западу работать с традиционными месторождениями в непредсказуемых странах невыгодно. Он бросил силы на технологический прорыв. Были найдены технологии, которые позволяют добывать газ не из привычных месторождений, – а вот этот, рассеянный в породе.

– Это то, что назвали сланцевой революцией?

– Совершенно верно. Работа над этим началась примерно 15 лет назад. Я читал их статьи о том, что незачем кормить чужие экономики. Тогда они стали искать газ у себя. Такого газа – не в месторождениях, а рассеянного, диффузного – на планете очень много.

– А почему сразу не начали им заниматься? Чего ждали?

– Так не было технологий. Без них получалось неоправданно дорого. Поначалу это было совершенно нерентабельно. Чтобы собрать небольшое количество сланцевого газа, нужно было пробурить сотни скважин, причем скважин горизонтальных. А 15 лет назад придумали технологию дешевого высокотехнологичного бурения – это когда бурят скважину вертикально, а потом – раз, поворачивают и еще до двух километров бурят горизонтально, по пласту.

– А как же они бур меняют? Надо же его вытаскивать все время и прикручивать новые куски трубы?

– Ну, на то и новая технология.

– И что с расходами? Сильно это дорого? На это напирают противники метода.

– Сегодня в США полномасштабная горизонтальная скважина стоит три миллиона долларов, в Европе – 12 миллионов, в России и на Украине – от 20 до 30-ти миллионов.

– А почему такая разница?

– В Европе – потому что там вообще в этой отрасли нет конкуренции. А на Украине и России – за счет откатов получается дорого. Примерно одна цена. Технологии горизонтального бурения, приборы специальные, плюс объемная сейсморазведка, чтобы можно было четко задавать параметры... Все это в сумме позволило собирать газ, который рассеян между месторождениями. Это и есть разновидность нетрадиционного газа, которую в обиходе стали называть «сланцевый газ».

– Россия и Украина этим занимаются? Добывают?

– На Украине есть так называемый тай-газ, газ плотных каменноугольных песчаников в Днепрово-Донецкой впадине, 6-7 тысяч квадратных километров. Часть – в Донецкой области, часть – в Харьковской. Уже подписан договор, это будет добывать Shell. Начинается сейсморазведка – надо определить, где эти структуры, чтобы потом бурить по полученным данным.

– Это вот то самое бурение, которое будет стоить 24 миллиона долларов за скважину?

– Нет, Shell не позволит бурить за такие деньги.

– А за какие? 3 миллиона?

– Нет, Shell будет бурить по европейским ценам. А потом, когда тут конкуренция увеличится, может быть, спустит до трех.

– А где граница приемлемой себестоимости?

– Как раз около трех миллионов. Причем 3 миллиона – это с прибылью в 20-25%. И после пойдут уже сверхприбыли.

– Расскажи теперь про гидроразрыв скважины, которым всех пугают, типа это вредно и опасно, природа портится и прочее.

– Shell как раз и ставит там так называемые гидроразрывы. В скважину подается раствор, создается огромное давление...

– Раствор правда ядовитый, и убивает все живое?

– Это 91% чистейшей воды и 8% песка. Песок для чего? Когда идет напор и разрывается порода, песок проникает в трещины и их консервирует, не дает им закрыться, и они работают, отдают газ.

– А еще 1 %?

– С чем это сравнить? Это, грубо говоря, смесь стирального порошка, жидкости для унитаза, стеклоочистителя и вот того, чем дворники посыпают улицы. Польский министр экологии и природных ресурсов в прямом эфире выпил стакан воды с жидкостью для гидроразрывов... Остался жив. Слухи о ядовитости раствора сильно преувеличены. Я убежден, что Shell обречен на успех 4000 . Есть вариант – бурить вертикально, а потом наклонно в разные стороны, и снова вертикально, и такой «веник» образуется. Это простая технология – по сравнению с бурением горизонтальным.

– Сколько добыли уже на Украине сланцевого газа?

– Еще ничего не добыли. Но я как специалист говорю, что успех гарантирован. Уже очень много скважин набурено у нас, которые дают газ, – но там маленькие дебиты. Маленькие, но газ-то есть! С гидроразрывами его просто станет больше, по логике.

– А сколько времени должно пройти до успеха?

– Ну, если говорить реально, то три-четыре года.

– Кроме сланцевого газа, еще же есть источники энергии. Что у нас, к примеру, с солнечными батареями?

– Еще несколько лет назад эти батареи имели низкий коэффициент полезного действия, а сегодня он значительно повысился.

– Значит, ты говоришь, что сланцевый газ начнется только через три-четыре года. А пока идут разговоры о том, что Украина ворует русский газ, который идет в Европу.

– Да причем здесь это! Если что и воруется, то воруется совместно – русскими и украинцами. Я предполагаю, что в этом случае работают согласованные коммерческие схемы. Подробностей я не знаю и знать не очень хочу. Но совершенно понятно, что, обеспокоенные таким ненадежным поставщиком газа, страны Европы стали искать альтернативные источники газа. Вот Норвегия и Северная Африка, где работают западные компании. Их стали больше финансировать! Чтобы больше там добывать газа и поставлять в Европу. Например, из Ливии уже по дну Средиземного моря проложен газопровод, который идет на Сицилию, и обеспечивает Италию. Логично пустить эту трубу и дальше.

– Это же одна из причин была свержения режима Каддафи – взятие контроля над этим газопроводом?

– Не знаю. Но думаю, что дело в более сложных каких-то вещах. Тут, скорее, действие многих факторов. Можно предположить, что Каддафи мешал многим западным компаниям, которые работают в Ливии – он давал им маленькие проценты, много брал себе газа и отдавал своим людям... Ливийцы хорошо жили с Каддафи, он обеспечивал деньгами от продажи газа именно ливийское население, никто там не работал дворником. И исламский фактор нельзя отбрасывать... Наверное, там все-таки более сложная штука, чем просто сказать «все спровоцировали западные страны, для того, чтобы на более выгодных условиях забирать оттуда газ и нефть». Это было бы упрощением ситуации. И плюс к этому – падают цены на газ. Падают! И еще – идут многочисленные судебные процессы, принцип «бери или плати» оспаривается Стокгольмским арбитражным судом...

– Они, наверно, считают, что цены надо корректировать по ситуации?

– Это было бы справедливо. Цены неоправданно высокие, Украина и Сербия, братья, вроде, – платили и по 550 долларов, при том, что себестоимость, по данным специальных публикаций, 70 долларов за 1000 кубов. Я не специалист по поставкам газа, я этим не интересуюсь, не анализирую, это не мое – могу только знать общую ситуацию. А она такова, что европейские страны стали искать другие источники энергии, чтоб не зависеть от российского газа. Тот же сланцевый газ. Им в Европе серьезно занимается пока только Польша и Великобритания. В Польше уже шесть лет идут поисковые работы. Первая скважина уже получила газ, но не в промышленных объемах. Коммерции тут нет еще.

– Сланцевый газ как замена российского – сколько в этой теме реального бизнеса, а сколько пиара и попыток испугать «Газпром»? Чтоб он сбил цену?

– Не-не-не, это абсолютно реальный бизнес. И более того...по подсчетам специалистов Министерства природных ресурсов и экологии РФ, России намного выгодней добывать нетрадиционный газ на местах, чем разрабатывать месторождения в Ледовитом океане и гнать по трубам через всю страну. Транзит же дорогой! Так что Россия тоже поворачивается к сланцевому газу.

– То есть это неизбежно?

– Неизбежно. Все равно технологии пришли к этому! И я думаю, что, в любом случае, цена на газ будет падать.

Знаешь, где самые большие запасы сланцевого газа? Во Внутренней Монголии, в Китае. Вот это, кстати, проблема. Сейчас там все работают Shell и другие мировые компании, активно идет разведка. И если Китай при своей здоровой экономике освоит хотя бы часть из этих огромных объемов газа – 200 триллионов кубометров...

– А можешь ли ты что-то сказать про цены? Вот 20 лет назад баррель стоил 8-10 долларов, но как-то русская экономика держалась, с трудом – пенсии задерживали, зарплаты...

– Все просто. Это та же цена, просто доллар за эти годы подешевел в 10 раз. Ну, посмотри. Если квартира в Киеве 15 лет назад стоила 40 000 долларов, а сейчас та же квартира стоит 400 000 долларов. Просто из-за того, что доллар упал, квартира-то никак не изменилась в цене. И не только доллар – обесценивается вся денежная система, привязанная к доллару.

– Какая ситуация сейчас с разрешениями на сланцевый газ, в связи с этими экологическими страхами?

– Это по закону решают на местах. Донецкий облсовет четко проголосовал за выделение площадей для Shell и Харьков тоже четко. А вот у Сhevron, который хочет работать на западе страны, – проблемы! Он столкнулся с тем, что в Западной Украине другая психология, они больше европейцы такие. Но, тем не менее, думаю, и договор будет заключен, и начнут там добывать этот сланцевый газ.

– Ну ладно, значит, было как: 15 лет назад стало ясно, что сланцевая революция назревает, и уже появились технологии. А когда начались эти конфликты из-за транзита газа по Украине и перекрывание кранов. Пять лет назад?

– Насколько я помню, конфликты по транзиту, разговоры о том, что Украина ворует газ – это началось сразу, как только Украина стала независимой. (Уже 20 с лишним лет мы слышим: «Украина ворует газ, Украина ворует газ...» Еще раз хочу сказать: технологически Украина не может воровать газ без участия чиновников «Газпрома»). У «Газпрома» единственный путь поставок российского газа на западноевропейские рынки идет через Украину. Экспорт составлял до 122 миллиардов кубометров, а это как раз пропускная способность трубы. Естественно, что такая зависимость от украинской трубы напрягала Россию.

– Но пока это не касалось Запада, пока были просто русско-украинские скандалы и краны не перекрывали, Запад не дергался. А когда начали перекрывать газ Западу?

– Краники начали перекрывать, если мне память не изменяет, где-то пять лет назад.

– Значит, технологиям уже 15 лет, критическая ситуация сложилась тоже довольно давно, пять лет назад – ну где же украинский сланцевый газ? Было пять лет – это достаточно большой срок.

– Ну, сланцевая революция произошла в США. Пока что нигде, кроме Соединенных Штатов и, частично, Канады, сланцевый газ не добывается. А они начали лет 10 назад. Годы ушли на отработку технологии, это все очень серьезно. Сегодня США уже обгоняют Россию по добыче газа. В том числе и за счет сланцевого. Сегодня цена на газ этот в Штатах – около 120 долларов, летом можно купить дешевле, зимой дороже. По прогнозам, он не будет дороже 150 долларов. Я спрашивал американцев, рыночная ли это цена? Она очень низкая. Достаточную ли прибыль получают нефтегазовые компании? Мне отвечали, что да, это рыночная цена, что правительство не вмешивается в формирование цены. К тому же там есть уже избыток газа на внутреннем рынке... За счет сланцевого газа появился этот избыток. Так вот, американские компании скоро начнут экспорт газа в Европу. Тогда газ будут сжижать, заливать в танкеры и возить в Европу. Будет обвал цен в Европе!

– Скоро?

– Через два-три года.

– Так ты, значит, думаешь, что и Россия тоже неизбежно начнет добывать свой сланцевый газ?

– Раньше эта статистика вся публиковалась, а сейчас очень трудно что-либо вообще узнать.

– Все засекречивают, потому что идет большая игра?

– Совершенно очевидно, что при сокращении Россией экспорта газа встанет вопрос, а нужен ли ей сейчас сланцевый газ. И обычный-то некуда будет девать.

– Может, и вовсе придется тогда добычу сокращать? Если Запад будет меньше покупать?

– Идет переворот. Идет сланцевая революция... Да, газ – это ценное энергетическое и химическое сырье. Но насколько энергетика в будущем будет зависеть от него, трудно сказать. Особенно с учетом того, как растет использование солнечных батарей. Это еще одна революция. Выдвигались уже безумные проекты – все дороги в Штатах покрыть этими вот солнечными элементами. Как только они подешевеют. А себестоимость их производства падает! Там начинают использовать дешевые полимеры.

– И что дадут эти солнечные батареи?

– То, что в Штатах производство электроэнергии будет в несколько раз превышать потребности страны. Можно говорить не о сланцевой революции, а об энергетической. И идут же еще исследования по холодному термоядерному синтезу...

– Да уже 60 лет о нем говорят!

– И, тем 4000 не менее, будут появляться новые источники энергии. Все идет к тому, что после угольной энергетики (19 век) и углеводородной (20 век) будет столетие водородной энергетики. Носители не надо будет транспортировать, вода есть везде, ее просто надо будет разлагать на водород и кислород. Водород – это опасно, но уже изобретены твердые композитные материалы, которые поглощают водород, а когда их чуть-чуть нагревают, они отдают его понемногу. Это не взрывоопасно. Такая водородная батарея будет выделять энергии столько, чтоб двигать машину, или производить тепло, электроэнергию...

– А может, уже все изобретено – просто монополии все купили и скрывают от нас, чтоб получать сверхприбыли от своих углеводородов?

– Я не верю в мировые заговоры. Чтобы конкурирующие жестко между собой нефтяные компании сбросились для того, чтобы тормознуть развитие альтернативной энергетики? Нет, это нереально. Притом, что каждая из них имеет в своем составе, я это точно знаю от своих партнеров, департамент, который занимается альтернативной энергетикой.

– То есть они думают, что делать дальше?

– Наверно, если будет какое-то серьезное изобретение – то нефтяные компании могут переориентироваться на какой-то другой, более интересный бизнес. Все-таки каждый руководствуется своим интересом. Нет, я не думаю, что есть мировой сговор. Эти процессы все равно не сдержать: как можно остановить, например, солнечную энергетику, которая сейчас бурно развивается? Пожалуй, сегодня это самый быстро растущий сегмент энергетического рынка.

– И тут нельзя перекрыть кран! Чтобы, например, из России через Украину дальше на Запад через Польшу не пошло Солнце.

– Скажу еще про этот бум. В конце 2012 года Евросоюз ввел огромные таможенные пошлины на солнечные батареи из Китая. Потому что Европа предвидит гигантский спрос на эти батареи и не хочет пускать на этот рынок китайские компании. Европейцы сами планируют взять под контроль рынок производства солнечных батарей.

– Так, а что ж будет с русским газом, который потянет за собой и нефть, это же связка?

– Я думаю, что сейчас совершенно бессмысленно думать об этих гипотетических вещах. Мы не знаем, как оно все повернется. Неизвестно, где выстрелит новая энергетика. Может, даже не в солнечных батареях, а в каких-то других источниках? И где они будут найдены, эти новые источники? Никто не знает. Тут очень много составляющих, которые невозможно свести. Мы не знаем, как будет развиваться новая энергетика и в каком направлении. Никто не мог предположить, что компьютеры за 10 лет завоюют мир. Совсем недавно никто не знал, что такое эти компьютеры. Просто есть основания предполагать, что человечество стоит на пороге какой-то новой энергетики. Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что энергетическую проблему человечество все-таки решит и без газа. Энергии кругом очень много! Энергия ветра, моря, энергия температурная – когда ты зарываешь теплообменник на глубину 10 метров, и у тебя там +5, а на поверхности мороз, и вот на этой разнице можно отапливать дом! С газом уже все ясно: традиционных источников хватит до 2050 года, а сланцевых – еще на 250 лет, при нынешнем уровне потребления.

– А дальше – уже не наше дело! – сказал я с облегчением.


Самое читаемое сегодня


Категория: Бизнес Новости | |

Подписка на RSS рассылку Ни России, ни Украине не миновать сланцевой революции


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.