Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Я вербовал таких, как Сноуден, в России

  • Я вербовал таких, как Сноуден, в России
  • Смотрите также:

Мы в ЦРУ знали, что людей такого рода — самовлюбленных, способных, но ленивых — вербовать легче всего. А теперь он поставил под угрозу всю страну

В своей новой книге «Спрятаться негде» (No Place to Hide) Гленн Гринуолд (Glenn Greenwald) рассказывает, как Эдвард Сноуден однажды признался ему «с легкой ноткой смущения», что он очень многое узнал, играя в видеоигры. В черно-белом мире видеоигр «главный герой — это зачастую обычный человек, сталкивающийся с огромной несправедливостью влиятельных сил, и у него появляется выбор: в страхе бежать или бороться за свои убеждения», пишет Гринуолд.

Но игровой мир Эдварда Сноудена — это не реальный мир. Я вижу Сноудена совершенно в ином свете. Мы с коллегами в ЦРУ долгие годы искали таких людей как он — правда, на другой стороне. Мы напряженно старались выявить таких индивидуумов, которых можно было уговорить раскрыть секреты своей страны. Это люди самовлюбленные, не реализующие в полной мере свой потенциал, зачастую с бредовыми идеями. Такого человека можно превратить в болтливый источник информации о лагере противника и других вражеских объектах. Мы понимали, насколько ценно для каждого аспекта нашей внешней политики знать планы и замыслы наших врагов. И лучше всего решить эту задачу можно было путем поиска источников и использования людей типа Сноудена, который раскрыл секреты Агентства национальной безопасности.

Русские тоже не ленились и активно занимались поисками источников секретной информации. Они искали своих Сноуденов. Не нужно окунаться глубоко в историю, чтобы увидеть, каких уникальных успехов они добивались в вербовке американских шпионов, нанесших колоссальный ущерб нашей национальной безопасности: Джон Энтони Уокер (John Anthony Walker), Олдрич Эймс (Aldreich Ames), Роберт Ханссен (Robert Hanssen). Более того, предательство Эймса и Ханссена привело к гибели многих наших важнейших российских источников. А измена Ханссена позволила русским узнать места размещения американских подводных лодок по всему миру. Вызывает содрогание мысль о том, что еще мог сделать против нас противник, имей он доступ к секретным системам связи и техническим секретам извлечения информации, какой был у Сноудена. Кое-кто считает, что Сноуден — это Даниэль Эллсберг (Daniel Ellsberg) наших дней, этакий благородный разоблачитель. Я так не считаю.

Тем, кто полагает, что Соединенные Штаты должны отказаться от активного взаимодействия с внешним миром, сузить интересы национальной безопасности и радикально сократить наши силы обороны и разведки, объяснения Гринуолда и поведение Сноудена могут показаться смутно благородными. И в ходе таких дебатов эти люди снова будут делать упор на внутренний характер его разоблачений, умалчивая о том, какой колоссальный ущерб они нанесли самообороне нашей страны.

Однако картина выглядит иначе для таких людей, как я, которые считают, что мир — это по-прежнему опасное место, и что Америке грозят самые серьезные и многочисленные опасности, поскольку она играет важнейшую роль гаранта глобального мира. Это терроризм и нестабильность на Ближнем Востоке, китайская игра мускулами в Азии, имперские замыслы Путина на Украине, а возможно, и в отношении других соседей. С такой точки зрения действия Сноудена вызывают огромную тревогу, ибо они стали непосредственной причиной того, что мы утратили часть важных возможностей для понимания планов и замыслов наших сегодняшних и будущих противников. Сноуден в одиночку лишил нас возможности наблюдать за критически важными целями и понимать, что замышляют ключевые игроки на международной сцене. Исходя из своего личного опыта, я могу однозначно сказать, что обретение таких возможностей требует огромного времени, денег и личных жертв.

Как заявил в январе сенатскому комитету по разведке директор национальной разведки Джеймс Клэппер (James Clapper), разоблачения Сноудена представляют собой «самую крупную и наносящую огромный ущерб кражу разведывательной информации в нашей истории». Далее он добавил: «Мы потеряли важнейшие источники сбора внешней разведывательной информации, включая те, которыми с нами делились наши ценные партнеры. ... Террористы и прочие враги нашей страны будут учиться на американских разведывательных источниках, на методах и приемах работы нашей разведки. И те знания, которые они получат, сделают нашу работу намного, намного труднее».

Руководителям из государственных структур очень трудно говорить на данную тему, поскольку это может навредить другим нашим возможностям (даже эту статью пришлось утверждать в комиссии ЦРУ по анализу публикаций). Даже беглый взгляд на американскую историю наглядно показывает, насколько важен доступ к сообщениям наших врагов в любой войне, начиная с Войны за независимость в США. Более того, такую деятельность санкционируют все наши президенты со времен Джорджа Вашингтона. Отметая в сторону протесты и возражения, каждая страна по максимуму использует свои технические средства сбора информации на международной арене, и такая деятельность будет продолжаться, пока в мире существуют конфликты. Нет сомнений в том, что наши враги и некоторые ненадежные друзья приветствуют тот ущерб, который был нанесен Сноуденом.

Но отдавая должное нашему врагу, давайте взглянем на внутренние разоблачения Сноудена относительно того, как нарушается неприкосновенность частной жизни американских граждан — ведь именно это привлекает наибольшее внимание и вызывает наибольшую обеспокоенность у нашего народа. Предельно ясно и понятно, что разведывательное сообщество, конгресс и Белый дом сталкиваются с двоякой проблемой, похожей на обоюдоострый меч: это личная тайна и национальная безопасность. Особенно остро эта проблема встает сегодня, когда технологический прогресс продвигается вперед с невиданной скоростью. Здесь я испытываю сдержанный оптимизм, надеясь на то, что несмотря на истерию в обществе, власть сможет быстро найти нужный баланс, защищающий наши гражданские свободы, и в то же время, не мешающий сбору информации о наших врагах, 2000 которые иногда работают и сотрудничают с гражданами США. Все эти руководители знают, насколько важны такие средства сбора информации для нашей обороны, и в то же время, они понимают важность закона и защиты прав наших граждан. Тем не менее, практическая реализация — это непростая задача, и она определенно не будет иметь преимущества перед необходимой политикой Вашингтона, направленной на защиту интересов страны.

Дебаты о гражданских правах и национальной обороне — это хорошо, но стоит также поговорить и о мотивах Сноудена, прежде чем мы сделаем вывод о том, кто он: грешник, святой или нечто посередине. Для начала мы должны понять, насколько важна защита секретов для нашей национальной безопасности. Похоже, многие участники идущих дебатов напрочь забывают этот момент. Как человек, всю жизнь проработавший в разведке, я, прежде всего, вспоминаю старое изречение времен Второй мировой войны: «Болтливые языки топят корабли». В первые дни существования Управления стратегических служб, ставшего предшественником ЦРУ, никому не нужно было объяснять нашему народу, не говоря уже об армии, насколько важна секретность для достижения военного успеха. Так должно быть и в эпоху терроризма с его постоянными конфликтами. Но похоже, что мы сегодня нуждаемся в таких объяснениях.

Никакая страна не сможет долго существовать, если не будет хранить в тайне свою секретную информацию, средства ее получения, а также сливать за борт из системы таких людей как Сноуден. Как только мы признаем данный принцип, для нас станет крайне важно и даже необходимо, чтобы наши ведомства и управления из сферы национальной безопасности требовали от всех государственных служащих соблюдения установленных правил и привлекали их к ответственности, если они этого не делают.

Безусловно, Сноуден и его сторонники смотрят на это иначе. Но если Сноудену показалось, что руководство АНБ нарушает закон и не соблюдает признанные принципы прав человека, он должен был проявить профессиональное мужество и подвергнуть сомнению действия своего руководства в устной и письменной форме, а в случае необходимости донести свою позицию до генерального инспектора или главного юрисконсульта. Не получив удовлетворительного ответа на этом уровне, он должен был потребовать, чтобы его выслушали комитеты конгресса по надзору за разведкой. Для этого существует вполне определенный механизм. Его бы наверняка выслушали, и если бы его доводы оказались обоснованными, эти органы приняли бы соответствующие меры. Но он знал, что его позиция неосновательна, поскольку каждый из комитетов был уже проинформирован об этих программах. Кроме того, нет никаких свидетельств того, что он предпринял хотя бы какие-то действия в этом отношении.

Так почему же Сноуден сбежал, как это делали перебежчики в прошлом? Как это сделал Ким Филби, бежавший в 60-х годах в Россию, как это сделал Филип Эйджи (Philip Agee), укрывшийся в 70-х годах на Кубе, как это делали десятки других предателей, бежавших в обе стороны «железного занавеса» во времена холодной войны? Никто, включая Гринуолда, не сомневается, что Сноуден знал, какой колоссальный ущерб он нанес нашей национальной безопасности кражей информации о ней. Более того, он прекрасно понимал, что делает, когда перешел к русским. Это исключительно наивный и ненормальный человек, если он верит в то, что русские будут держать его у себя, когда получат от него все, что им нужно, как в плане разведывательной информации, так и в плане пропаганды. Тогда он узнает, как узнали многие до него, попав в ту же самую западню, что став «человеком без страны», он будет вынужден оплачивать свое содержание. Он встал на путь, который неизбежно приведет его к разочарованию, крушению надежд, отчаянию и осознанию вины.

Будучи фанатом видеоигр, Сноуден в черно-белом цвете видит то, что на самом деле намного сложнее и многограннее. На протяжении почти всей истории нашей страны было довольно легко проводить черту между внешней и внутренней разведкой. Долгие годы существовали твердые правила, совершенно справедливо запрещавшие АНБ, ЦРУ и ФБР собирать информацию об американцах (включая обладателей зеленой карты) без судебного ордера с изложением в нем веских оснований. Документы Сноудена показывают, что суд США по делам о надзоре за иностранными разведками давал разрешения на сбор очень конкретных метаданных об американских гражданах с целью слежки за подозреваемыми в терроризме.

Но к сожалению, 4000 этот суд с чрезмерной готовностью откликался на просьбы властей. Поэтому появились некоторые весьма толковые программы для совершенствования данного процесса, включая создание независимой группы экспертов для контроля деятельности Суда по делам о надзоре за иностранными разведками, а также перемещение сохраненных метаданных за пределы АНБ. Но опять же, Сноуден мог добиться этого, не изменяя своей стране.

А еще мы должны признать то обстоятельство, что теперь будет очень сложно заново провести эту традиционную линию между внешней и внутренней разведкой. Факт остается фактом: в условиях бурного и повсеместного развития информационных технологий, связи и движения данных, а также их хранения и обмена государству и частному сектору будет все сложнее оптимально использовать имеющуюся информацию в интересах обороны и безопасности, не вторгаясь при этом без необходимости в нашу частную жизнь.

Если Сноуден действительно верит в подотчетность, о чем он так часто говорит, то ему следует добиваться ее утверждения у себя дома, отдав себя в руки американской системы правосудия, которая является самой беспристрастной в мире — в отличие от его новой страны проживания. Если в доводах Сноудена есть основания, его оправдают и реабилитируют. Если нет, он получит очень долгий тюремный срок. Оставаясь в России, Сноуден показывает всему миру, что не может пойти на такой риск.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Я вербовал таких, как Сноуден, в России


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.