Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Миграция в Приволжье - кризис приближается

  • Миграция в Приволжье - кризис приближается
  • Смотрите также:

Опрос экспертов.

Пока все проблемы, связанные с миграцией, носят в Приволжье потенциальный характер, но мы близки к тому порогу, когда они лавинообразно станут превращаться в реальные проблемы

Миграционные процессы в Приволжье имеют как общероссийские черты, так и свою специфику. При этом я оставляю за скобками Астрахань и Волгоград, которые и формально относятся к Южному федеральному округу, и испытывают более сильное давление со стороны Северного Кавказа. Надо сказать, что заметные различия миграционного процесса можно наблюдать даже внутри Приволжского федерального округа.

Основными точками притяжения мигрантов являются крупные уже экономически развитые и при этом развивающиеся города. В ПФО есть три такие точки, принимающие львиную долю всех миграционных потоков. На первом месте давно устойчиво находится Самара, на втором – Нижний Новгород, на третьем – Казань. Все остальные субъекты округа принимают значительно меньше мигрантов, более того, имеют отрицательное миграционное сальдо – уезжает больше народа, чем приезжает.

Внутренняя миграция также завязана на названные три центра. Нижний стягивает население из Кирова, Перми, Мордовии, Чувашии и Марий Эл, в Самару тянутся жители с Нижней Волги. Серьезные различия в этом плане обнаруживаются между русскими областями и национальными республиками, в большинстве из которых наблюдается устойчивая тенденция стягивания титульного населения в национальные республики: чуваши едут в Чувашию, удмурты – в Удмуртию, башкиры – в Башкортостан. И за счет этого, несмотря на отрицательное миграционное сальдо, титульное население сохраняет свою численность. В русских же областях происходит процесс замещения местного населения, выезжающего в Москву, Нижний и Самару, мигрантами, занимающими их демографическую, экономическую и социально-политическую нишу. Пока ситуацию нельзя назвать критической – при грамотной государственной политике эти процессы обратимы. Пока они не привели к катастрофической деградации в демографическом и социально-экономическом плане, но в перспективе такая деградация станет неизбежной.

А для трех городов – Нижнего Новгорода, Казани и Самары ситуация выглядит совершенно иной. Эти региональные центры вплотную подошли к порогу насыщения мигрантами. Если три-пять лет назад и в Нижнем Новгороде, и в Самаре массы трудовых мигрантов из Средней Азии не бросались в глаза, если не было устойчивых национальных – узбекских, таджикских – общин, то теперь такие общины сформировались и становятся заметными для местного населения. Процесс этот достаточно интенсивный, и он сопровождается таким явлением, как выдавливание одних национальных общин другими. Например, в городском округе Бор, который находится почти вплотную к Нижнему Новгороду, за последнее время цыганская община, проживавшая здесь еще с советских времен, практически исчезла. Цыгане продавали свои дома выходцам из среднеазиатских республик и уезжали. И за последние два года население уже почувствовало, что в городе существует устойчивая среднеазиатская община – люди видят мигрантов, осознают их присутствие. И пока достаточно сдержанно – негативно сдержанно – на них реагируют: «К цыганам мы привыкли, мы знаем, как с ними жить; как жить с этими – не понимаем». Но в очень недалеком будущем ситуация может перейти в критическую фазу. Как показывает практика, с увеличением общины мигрантов вырастет и бытовая преступность, которая будет восприниматься в общественном и политическом сознании как преступность этническая.

Кроме среднеазиатских потоков миграции в Поволжье наблюдается и влияние миграционных потоков с Северного Кавказа и – даже в большей степени – из Закавказья. В ПФО достаточно много азербайджанцев, выходцев из Дагестана и Армении. Эти мигранты занимают качественно иную нишу, чем узбеки и таджики, являющиеся в основном неквалифицированной рабочей силой. Они занимаются здесь бизнесом, причем, достаточно успешно. Еще в советские времена здесь были диаспоры, имевшие связи с местными властями и занимавшиеся торговлей. Характерно и то, что представители кавказских народов не сосредотачиваются в крупных городах, а достаточно равномерно распределяются по всей территории, включая районные центры и даже более-менее крупные сельские поселения, где они занимаются розничной торговлей. Также в сферу их интересов входит скупка сельхозпродукции у непосредственного производителя и продажа его на рынке или перепродажа переработчикам. Им принадлежит и большая часть доходного лесного бизнеса, лесопилок.

Они более адаптированы к местным условиям, знают русский язык, знают правила и порядки, поэтому меньше вызывают острой негативной реакции, чем совершенно не знающие русского языка и часто неопрятно выглядящие узбеки и таджики. Проблемы здесь носят совершенно другой характер. Монополизация ими вышеназванной экономической ниши лишает местное население возможностей для эффективной экономической самодеятельности. И именно на этой почве порой возникают достаточно острые, хотя и точечные конфликты. Не раз население небольших населенных пунктов оказывалось фактически в рабской зависимости от представителей кавказских диаспор, которые имеют в собственности единственный источник заработка – ту же лесопилку. В результате коренные жители, представители русского, чувашского, мордовского населения живут в том же бесправном и незащищенном положении, как и нелегальные мигранты из Средней Азии на городских стройках.

Пока все проблемы, связанные с миграцией, носят в Приволжье потенциальный характер, но мы близки к тому порогу, когда они лавинообразно станут превращаться в реальные проблемы. И тяжелые межэтнические конфликты в ближайшее время могут стать суровой реальностью, в первую очередь, для Самары, Нижнего Новгорода и Казани.

Говоря о путях решения миграционной проблемы, надо понимать, что она является лишь одной из составляющих большой проблемы экономической политики в России. При сохранении модели сырьевой экономики миграционные проблемы будут оставаться нерешенными. Пока мы продаем на Запад углеводороды, и львиную долю этих денег различными путями возвращается на Запад. Часть из оставшейся прибыли уходит в строительную отрасль – возведение новых жилых кварталов, бесконечных торговых центров. А строительный бизнес и обслуживание созданной инфраструктуры, возникающей на фоне строительного бума, – и есть та ниша, которую занимают неквалифицированные мигранты из Средней Азии.

Если мы будем развивать нормальную экономику, если у нас будет развиваться производство, то для этой категории мигрантов просто не останется места в экономике. Но ждать быстрого изменения экономической политики при нынешнем правительстве нынешнем политическом курсе не приходится. Но проблема есть, и ее надо решать. И для этого могут применяться запретительные, экономические и полицейские меры. А именно: визовый режим, по крайней мере, со странами Средней Азии и Закавказья; максимальное затруднение перевода заработанных здесь денег в эти страны; безусловно необходимы и более жесткие и последовательные полицейские меры (в том числе к работодателям) по пресечению нелегальной миграции, происходящей в обход всяких квот.

На те же проблемы, что связаны с засильем в определенных экономических нишах выходцев с Кавказа, нужно воздействовать с другой стороны – через наших любимых чиновников, которые очень часто имеют бакшиш от этнического бизнеса и обеспечивают ему преференции в сравнении с русским, татарским, мордовским бизнесом. Ведь надо понимать, что местные бизнесмены волей-неволей ориентированы на развитие экономической инфраструктуры. А мигранты, пусть они и достаточно адаптированы, пусть они получили российское гражданство и много лет живут здесь и даже обзавелись семьями или псевдо-семьями, все же ориентированы на возвращение на историческую родину, на перевод заработанных здесь денег в Азербайджан, в Армению и т.д. В конечном счете, этнический мигрантский бизнес является бизнесом паразитическим – он паразитирует на уже сложившейся экономической структуре, высасывая из нее деньги. Такая модель бизнеса для нас является не самой желанной.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Миграция в Приволжье - кризис приближается


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.