Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Барщевский: поддерживаю антитеррористический закон

  • Барщевский: поддерживаю антитеррористический закон
  • Смотрите также:

А.ПЛЮЩЕВ: Это программа «Особое мнение», меня зовут Александр Плющев, в гостях у нас сегодня юрист Михаил Барщевский как обычно по вторникам. Михаил Юрьевич, добрый вечер.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Добрый вечер.

А.ПЛЮЩЕВ: Ваши вопросы. +7 985 970-45-45 – это SMS и Twitter-аккаунт @vyzvon. Ну, у нас сегодня много про законопроекты различные, про поправки и так далее. Часть из них...

М.БАРЩЕВСКИЙ: То есть передача юмористическая?

А.ПЛЮЩЕВ: Во многом будет, во многом. Часть из них как раз, хотел я сказать, носят весьма юмористический характер. Но начнем, может быть, давайте с бытовухи начнем?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Давайте.

А.ПЛЮЩЕВ: Хорошее дело. Тем более, каждого касается. МВД России готовит законопроект об административном наказании для участников бурных семейных конфликтов. Вот. Ну, речь идет о внесении изменений в статью КоАП соответствующую. И будет распространяться в том числе и на несовершеннолетних граждан. Вы поддерживаете?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, я не видел законопроекта еще – он пока в правительство не внесен. Поэтому могу рассуждать только в пределах того, что вы озвучили. На самом деле, конечно, можно было бы отхохмиться, но здесь есть здравое зерно. Потому что когда соседи при слышимости в наших домах наши соседи скандалят и орут, то, в общем, это доставляет некоторые неудобства. А почему я должен терпеть неудобства при том, что они выясняют между собой отношения?

На Западе малейший скандал – тут же соседи вызывают полицию, просто моментально. Там, правда, другое, другая идея заложена, но, во-первых, меня это беспокоит, поэтому остановите их. А во-вторых, скандал порой заканчивается поножовщиной или бытовым убийством, или бытовыми тяжкими телесными повреждениями, что у нас сплошь да рядом. Мы очень много рассуждаем про гибель наших детей за границей усыновленных, но мы совершенно не знаем цифры гибели наших детей в России как усыновленных, так и родных. Мы слышали какие-то, так сказать, разговоры, но не знаем цифр о количестве пострадавших в семейных конфликтах.

Поэтому превентивно такой вызов полиции соседями – он служит гуманистическим целям. Ну и плюс ко всему я хочу жить спокойно и не хочу слушать ваши скандалы. И приезжает полиция, и чего делать? Они просто на высоких тонах выясняют отношения. Вот, в данном случае штраф как раз лишним не будет.

Что касается несовершеннолетних, то несовершеннолетних можно привлекать к административной ответственности, начиная с определенного возраста. Я не очень представляю себе, как к административной ответственности привлекут 5-летнего малыша, который дал по башке своей 3-летней сестре.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, это, наверное, казуистика, все-таки, Михаил Юрьевич.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, я думаю, что да.

А.ПЛЮЩЕВ: Имеется в виду, скорее всего...

М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, с 14-ти, по крайней мере.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот, да. Когда вечеринка у Децла дома.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Поэтому это будет сложный законопроект для прохождения, потому что он не в нашем менталитете, да? Муж бьет, значит, любит. А его это штрафовать, что ли?

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, более того, вот, вы описали ситуацию вызова полиции, да? И по-моему, сейчас они не очень торопятся приезжать.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Это другой разговор. Качество работы полиции – это не аргумент в законотворчестве. Мы исходим всегда, принимая те или иные законы, исходя из соображений, что а) они будут соблюдаться и б) что все исполнители, имеющие к этому отношение, работают добросовестно. То есть мы не можем при написании законов исходить из их несоблюдения. Основная моя претензия к закону об ограничении табакокурения – она к чему сводится? Не принимайте законы, которые никто не будет соблюдать. В части рекламы табака вы можете проконтролировать. А в части курения на лестничной клетке вы не можете проконтролировать. Значит, не надо это записывать в закон.

А.ПЛЮЩЕВ: Михаил Барщевский у нас в студии, ваши вопросы приветствуются. Давайте перейдем к работе Госдумы. Здесь много всего, ну, как обычно, собственно говоря. В частности, было сегодня сказано, когда Госдума рассмотрит так называемый антитеррористический закон, пакет законопроектов целый. Там и ограничение интернет-платежей, там и ответственность родственников террористов, и так далее. Как по-вашему, сначала в общем? Ну, пообсуждали же немного, неделю, наверное, эти законы. Вот, в целом по итогам этих обсуждений эти поправки, это ужесточение – сейчас оно вообще нужно или нет?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Не могу ответить коротко. Значит, ну, прежде всего, одна биографическая справка. За 12,5 лет работы в правительстве так получилось, что я, будучи членом Комиссии по законопроектной деятельности, довольно часто выступал против законопроектов, вносимых ФСБ. И в общем, так сказать, ну, как бы, отношусь соответственно к... Как бы это помягче сформулировать? К лагерю оппонентов. Следовало бы ожидать, что такая же моя реакция будет и на этот законопроект. Однако, она не такая. Я этот законопроект поддерживаю.

Поддерживаю практически во всем, кроме одной вещи. Там мне одна формулировка не нравится – она довольно расплывчатая. Там «действия, способствующие терроризму», то есть такой, резиновый состав: под действия, способствующие терроризму, можно подвести всё, что угодно. Всё, что угодно. Я затеял драку с соседом, полиция отвлеклась на меня, в это время террорист сумел войти в автобус, его взорвать. Тем самым я способствовал действиям террористов, отвлекая на себя внимание полиции. Ну, бредовый пример, но...

В таких законах формулировки должны быть более четкими. Там, например, действия, способствующие терроризму, как то, двоеточие и перечисление, какие действия, да? Вот.

Во всем остальном концептуально я с этим законопроектом согласен и с точки зрения ответственности родственников, имущественной ответственности родственников. Причем, не всех родственников, а только тех, когда будет доказано, что они жили на средства, получаемые в результате террористической деятельности. Это очень важное уточнение, о котором критики закона умалчивают – там именно так сказано. По крайней мере, в том законопроекте, который я видел.

Теперь что мне не нравится. Мне не нравится то, что у нас борьба с терроризмом по-прежнему продолжается полицейскими методами. Мы сейчас не обсуждаем, разумными или не разумными, да? Ну, например, ограничение проноса сейчас на наши авиарейсы жидкостей менее 100 мг...

А.ПЛЮЩЕВ: Вообще любых.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Вообще любых. Ну, женская эта самая... Как это называется глаза красить?

А.ПЛЮЩЕВ: Тушь, помада.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Да, тушь, помада. Ну, глупость. Ну, очевидная совершенно глупость. Поэтому не обсуждаем полицейские меры. Есть хорошие, есть плохие.

То, чего не могут понять наши правоохранители, хотя, в общем, это не их функция – это функция политического руководства страны, что эффективная борьба с терроризмом может вестись только на идеологическом фронте, только если хотите промывкой мозгов. И то, о чем я недавно говорил. Если вы насаждаете клерикализацию страны, то вы должны быть готовы, что обратная сторона этой медали – это рост конфронтации на религиозной почве. Если вы посмотрите мировой терроризм, все очаги мирового терроризма, то всюду здесь замешана религия, религиозная нетерпимость.

Поэтому культура, образование, идеология и меньше клерикализма. Вот это вот факторы, которые способствуют незарождению террористической активности. А полицейские меры – они способствуют только, скажем так, прекращению террористической активности или неким превентивным мерам по ее реализации. Но не зарождению.

А.ПЛЮЩЕВ: То есть вы сейчас, получается...

М.БАРЩЕВСКИЙ: Разруха в головах, понимаете, да?

А.ПЛЮЩЕВ: ...в том числе и Путина критикуете в этом смысле.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну, я не думаю, что Путин занимается у нас...

А.ПЛЮЩЕВ: Клерикализацией.

М.БАРЩЕВСКИЙ: ...клерикализацией.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну как? А мне кажется, что лучше способствует, как бы, клерикализации общества, в том числе и привлечение людей в лоно церкви, я не знаю, ну, или, во всяком случае, поближе к ней, чем глава государства, чиновники, стоящие со свечками во время службы?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет, смотрите. Чиновники, глава государства имеют право стоять со свечкой или, там, на коленях лицом на восток, как им заблагорассудится – это их право, конституционное право. Мне кажется, что телевидение это не должно показывать. Поэтому здесь...

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, как телевидение может не показывать президента у нас?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Ну как? Ну, нам же не показывают, как президент, например, плавает в бассейне или катается на лыжах, или, там я не знаю, далеко не все встречи президента, которые он проводит в рабочем кабинете, нам показывают по телевидению.

А.ПЛЮЩЕВ: Смотрите, это же публичная вещь такая. Более того...

М.БАРЩЕВСКИЙ: Я считаю, что это неправильно.

А.ПЛЮЩЕВ: И мы знаем, что телевидение не может само по себе показать президента, когда оно хочет.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Правильно.

А.ПЛЮЩЕВ: Оно его показывает, когда хочет он, мне кажется.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Значит, я считаю это неправильным. Я об этом как раз на прошлой неделе говорил. Я считаю это неправильным.

А.ПЛЮЩЕВ: Отлично. Продолжим тогда. Давайте еще остановимся на ответственности родственников террористов. Там я хотел бы, чтобы вы обратили внимание вот на эту поправку, на это дополнение. Это, значит, касается только тех родственников...

М.БАРЩЕВСКИЙ: Имущество тех родственников, которые живут за счет террористической деятельности, ну, как бы, от средств, полученных от террористической деятельности.

А.ПЛЮЩЕВ: Там еще уточняли депутаты, по-моему, от ЛДПР, они говорили, что если доказано участие родственников в подготовке теракта, тогда да.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет, если доказано участие родственника в подготовке терактов, они отвечают просто по уже существующим нормам уголовного права как соучастники террористической деятельности. Это как минимум. Ну, всё, что исходит от ЛДПР, всегда требует, знаете, как бы сказать, внимательно иронического отношения.

А.ПЛЮЩЕВ: Коснемся. Коснемся еще. Может быть, не один раз коснемся. Ну, а что касается онлайновых платежей, вас ничего не смущает? Нормально?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Я не специалист в этой области. Но! Насколько я понимаю, там речь идет об ограничении анонимных виртуальных платежей. Анонимных. И, причем, из-за границы.

А.ПЛЮЩЕВ: Да нет, не из-за границы, в том-то и дело. И анонимных с точки зрения нашего закона. То есть они, на самом деле, не анонимны 1000 .

М.БАРЩЕВСКИЙ: Вот, там есть другой путь. Вот, первое. что мне пришло в голову (но, повторяю, я не специалист), а почему нельзя составить перечень организаций, в адрес которых платежи не пропускаются? Может, таким путем проще было бы пойти? У нас же есть там список запрещенной литературы, экстремистской литературы.

А.ПЛЮЩЕВ: Хизбут Тахрир там, что там.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Есть список запрещенных экстремистских организаций. Причем, можно предоставить соответствующему ведомству право оперативно его дополнять, то есть не ждать решения суда, а вначале запретить, а потом обратиться в суд и суд там через месяц или два подтвердит или не подтвердит.

Пускай ФСБ (и они в этом, действительно, могут реально быстро разобраться), ФСБ такой список вводит и эти платежи останавливаются. Всё.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, имеется-то в виду, что лично люди могут собирать средства таким образом с помощью анонимных платежей.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Значит, если ФСБ у нас не знает, кто лично собирает деньги на террористическую деятельность, к тому же собирает деньги от анонимных плательщиков, к тому же из-за рубежа...

А.ПЛЮЩЕВ: К тому же через интернет.

М.БАРЩЕВСКИЙ: К тому же через интернет, то... 

А.ПЛЮЩЕВ: Продолжаете оппонировать, как бы, с ФСБ сейчас, да?

М.БАРЩЕВСКИЙ: Нет, поймите. У каждого ведомства своя специфика деятельности. Известно, что для правоохранительных органов самая спокойная и комфортная система, это когда всё население страны сидит в лагерях.

А.ПЛЮЩЕВ: Трудно с этим спорить.

М.БАРЩЕВСКИЙ: Это самая комфортная система. Для, условно говоря, того, что сейчас называется либеральной общественностью, хотя это совершенно к либерализму никакого отношения не имеет (для анархистов, скажем так), самая комфортная форма существования – это когда не существует никаких законов, никаких правил и нет полиции. Вообще нет, да? Общество может существовать, где-то выбрав некую золотую середину, потому что Америка, когда был принят Patriot Act, который куда жестче, чем самые последние предложения по ужесточению... Да? То есть мы просто еще дети по сравнению с Patriot Act. Просто дети. Америка выжила. Но количество противников в Америке резко выросло. Кстати, а количество терактов в Америке резко сократилось. То ес

Самое читаемое сегодня


Категория: Новости общества | |

Подписка на RSS рассылку Барщевский: поддерживаю антитеррористический закон


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.