Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Китай усиливается. Конфликт неизбежен?

  • Китай усиливается. Конфликт неизбежен?
  • Смотрите также:

Цель эпического труда Фукидида состояла в описании того, «что привело к той великой войне, что выпала на долю эллинов». Согласно его признанию, то, что мы называем «Пелопоннесской войной», стало следствием многочисленных и очень разных споров, и он излагает их мастерски, вскрывая всю их конкретику и особенности. Но на первых страницах своей «Истории Пелопоннесской войны» Фукидид предупреждает нас, что если зацикливаться на деталях, это затмит «истинную причину» той кровавой бойни, что погубила эллинов. «Что сделало эту войну неизбежной, так это усиление власти Афин и тот страх, который оно вызвало в Спарте», — пишет он в самом начале своего шедевра. Он мог бы добавить, ибо в его повествовании об этом говорится предельно ясно, что и у ближайших союзников Спарты усиление Афин вызывало такой же страх. Среди тех уроков, которые предлагает нам Фукидид, есть рекомендация о том, что за деревьями надо видеть весь лес, то есть, замечать общие тенденции, которые являются движущими силами политики и войны.

Эпическая поэма Фукидида вдохновила многих на исследование того, что наука о международных отношениях называет «сдвигом силы». Немало исследователей приходит к выводу о том, что такие колоссальные сдвиги относятся к наиболее опасным периодам в отношениях между странами. Почему? Потому что общепризнанная господствующая держава опасается, что даже если ее никто пока не превзошел и вряд ли превзойдет в ближайшее время, имеющиеся у нее преимущества над усиливающимся соперником, за которым она долгое время и с опаской следит, уменьшаются, и скорее всего, будут уменьшаться и дальше. Усиливающаяся держава, живущая в таком политико-военно-культурно-административном порядке, где присутствует подавляющее превосходство царствующего гегемона, который отстаивает и продвигает свои интересы, развивается, усиливается и становится все более уверенной в себе. Желая продемонстрировать себе и остальным, что не за горами новая эпоха, она начинает зондировать почву, толкаться и пинаться, дабы проверить ответную реакцию и изучить имеющиеся возможности.

Из-за меняющихся обстоятельств и сопутствующей этому неопределенности сдвиг силы становится опасен. Лидеры господствующей державы, чьи позиции ослабевают, чувствуют, что им необходимо показать, насколько она еще сильна и превосходит остальных. Такое стремление возникает из необходимости сохранения собственной легитимности среди населения страны и потребности показать посылающему вызов сопернику, что у доминирующей державы еще достаточно сил и решимости, и что недооценивать ее не следует. С другой стороны, лидеры усиливающегося соперника преисполнены не меньшего желания показать собственному народу, гегемону и его союзникам, что появляется новая арифметика силы и власти. Страх одной стороны и высокомерие другой порождают неустойчивый баланс. Катастрофическая война в результате может и не возникнуть, в отличие от Афин. Меняющийся баланс сил может вместо этого создать более благоприятный контекст, пусть и чреватый дурными предчувствиями, попытками испытать силы противника, кризисами, неверными представлениями, а также стратегическими переоценками, вызванными неопределенностью и страхом.

Такой исход следует иметь в виду при оценке причин и значения последних событий, связанных с самоутверждением Китая в Восточной Азии. Одним из важных моментов стало заявление Пекина от 23 ноября о расширении опознавательной зоны ПВО в Восточно-Китайском море до островов, которые контролируют Япония и Южная Корея, но на которые предъявляет свои претензии Китай. Опознавательная зона ПВО это обычная практика, и решение Пекина вряд ли можно назвать незаконной или враждебной акцией. Но в китайском варианте данные действия кажутся более жесткими, чем это необходимо. Китай требует, чтобы пролетающие самолеты представляли свои планы полетов соответствующим китайским органам и переходили под управление китайских авиадиспетчеров даже в том случае, если самолет не направляется в КНР. Более того, эта зона накладывается на японскую зону опознавания ПВО, которая распространяется на острова Сенкаку / Дяоюйдао, ставшие предметом спора между Китаем и Японией.

Соединенные Штаты Америки, а вслед за ними Япония и Южная Корея направили в китайскую зону ПВО свои военные самолеты, дабы продемонстрировать, что они считают ее незаконной. Однако многочисленные коммерческие авиалинии (Singapore Airlines, Qantas, Korean Airlines, Asiana Airlines и американские воздушные перевозчики по указанию Федерального управления гражданской авиации) в своем вполне понятном стремлении обеспечить безопасность пассажиров согласились выполнять китайские требования. Впоследствии Южная Корея тоже расширила свою зону опознавания воздушных судов, распространив ее на китайскую, дабы подчеркнуть претензии Сеула на остров Иодо, или Суяньчжао по-китайски (и его контроль над ним), хотя на эту скалу претендуют китайцы. Однако эти демонстративные жесты неподчинения со стороны Вашингтона, Токио и Сеула не меняют новую реальность, которая возникает в этом регионе, а именно, действия Китая, осуществляемые им с позиций беспрецедентной уверенности в собственных силах и неограниченных возможностях. Вопрос сейчас заключается в том, ответит ли на такие действия Пекин, еще больше расширив зону опознавания летательных аппаратов, дабы подтвердить свои притязания в Южно-Китайском море.

Решение о расширении зоны ПВО это лишь один пример твердой решимости КНР расширять свои морские границы. В 1974 году Китай разгромил вьетнамские войска и взял под свой контроль ту часть Парасельских островов (Сиша цюньдао), которые к тому времени еще не оккупировал. В последнее время Пекин начал регулярно направлять свои военные корабли на патрулирование вод вокруг островов Сенкаку / Дяоюйдао и проводить там военно-морские учения, что заставило Японию последовать китайскому примеру. Пекин также занял жесткую позицию по вопросу островов Спратли / Наньша, утверждая, что они принадлежат ему по праву и отвергая претензии Тайваня, Вьетнама и некоторых других стран Юго-Восточной Азии. В своей политике он сочетает жесткую риторику и практические действия (патрулирование в спорных водах, ведение разведки и наблюдения), в первую очередь, против Филиппин из-за острова Хуаньян / Панатаг (риф Скарборо), но не только там.

То, что в спорах из-за различных скоплений островов (многие из которых являются необитаемыми скалами) Китай в некоторых случаях выступает против союзников США или стран, долгое время поддерживающих тесные связи с Вашингтоном, ничуть не сдерживает и не пугает Пекин. Дабы успокоить своих партнеров, Соединенные Штаты направляют к ним своих корифеев дипломатии, выступают с заявлениями о солидарности и проводят военно-морские учения совместно с некоторыми претендентами на спорные территории. Но все эти действия ничуть не ослабили решимость Китая отстаивать свои притязания. Его бескомпромиссная позиция вызывает в регионе сомнения в том, что американская защита столь же крепка и надежна, как и прежде. Стандартное объяснение китайских мотивов в этих ссорах из-за островов и окружающих их вод заключается в том, что здесь пролегают важные морские пути, имеющие огромное значение для торговли и обороны Северо-Восточной Азии, а также находятся богатейшие морские месторождения нефти и газа. Это объяснение едва ли можно назвать исчерпывающим, ибо из него невозможно понять, почему Китай в последние годы действует с какой-то особой самонадеянностью. Последним примером стал случай, произошедший 5 декабря, когда китайский военный корабль едва не столкнулся с американским в Южно-Китайском море, пройдя перед ним в опасной близости.

Экономическая и стратегическая ценность данных островов новостью ни для кого не является. Новость состоит в том, что сегодня Китай обладает беспрецедентной экономической и военной мощью благодаря головокружительным темпам своего экономического роста, технической модернизации, проводимой в стране с 1978 года, закупкам современного российского оружия и успехам в комплексной модернизации собственной армии. Китай давно уже преисполнен решимости поквитаться за те унижения, которым он подвергался с начала XIX века. Если раньше эта страна на протяжении веков была центром культурного великолепия и богатства, то в позапрошлом столетии она превратилась в игрушку в руках западных имперских держав и Японии. Китай в течение 100 с лишним лет подвергался нещадной эксплуатации, принуждению, унижению и оккупации. Воспоминания об этом мрачном периоде зафиксировались в коллективном сознании китайцев — как правителей, так и их подданных. Отчасти бравада Пекина в Восточной Азии объясняется его стремлением похоронить болезненное прошлое и сделать так, чтобы оно никогда не повторилось. А для этого необходимо бросать вызов давнему превосходству Вашингтона в регионе. Следовательно, спор этот связан не просто с энергоресурсами, стратегическими форпостами, водными путями и прочими материальными и осязаемыми вещами. В равной, а то и в большей степени это борьба с целью сбросить с себя бремя и ранящие воспоминания о прошлом.

Этим объясняется и то, почему национализм в официальной китайской идеологии вытеснил марксизм и маоизм. Последнему нечего предложить в плане управления экономикой XXI века и ее модернизации. Маоизм даже создает помехи на этом пути. Кроме того, восстановление самоуважения и устранение несправедливости находит больший отклик в умах и сердцах образованных, современных и меркантильных представителей китайского среднего класса и интеллигенции, нежели утопические идеи о счастливом будущем в результате революционных преобразований. Костюм Мао сегодня стал портняжной диковинкой, его Красная книжечка — пыльным реликтом и очередной жертвой интернета, способного предложить гораздо более богатый выбор. Если и существует какая-то группа, настроенная более националистически, чем китайское руководство, то это молодые и образованные городские жители Китая, которые заходят в чаты и на вебсайты, чтобы выступить с осуждениями и потребовать жестких действий в тех случаях, когда китайское самолюбие оказывается уязвленным.

Существуют две тенденции, оказывающие влияние на роль Китая в мире, а, следовательно, имеющие последствия для Америки, ее союзников и друзей. Первая заключается в том, что за последние 20 лет Китай создал так

Самое читаемое сегодня


Категория: Новости политики | |

Подписка на RSS рассылку Китай усиливается. Конфликт неизбежен?


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.