Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Кислая экономика: ожидать ли девальвацию в 2014 году

  • Кислая экономика: ожидать ли девальвацию в 2014 году
  • Смотрите также:

Уходящий год российской экономики не принес особых открытий, кроме одного - неприятного.

Рост ВВП на 3% в год, который еще совсем недавно правительство снисходительно называло исключительно инерционным и который считался неким гарантированным прожиточным минимумом экономики даже в отсутствие каких-то чрезмерных усилий и реформ, вдруг оказался несбыточной мечтой.

Выяснилось, что даже для 3% нужно долго и упорно, как лягушка в известной притче, дергать лапками, формируя новые точки опоры и роста и, оттолкнувшись от них, вытащить экономику из трясины. При этом содержание жира в молоке, куда угодила лягушка, неизвестно и, можно ли из него сбить масло, чтобы выбраться, большой вопрос. С оценкой премьер-министра Дмитрия Медведева, назвавшего ситуацию в экономике кислой, трудно спорить.

Разговорами о том, что старые драйверы роста уже не могут, а новых еще нет, правительство и экономисты давно набили друг другу оскомину, видимо, полагая, что правильно поставленный диагноз - это уже полдела.

Действительно, экономика в чем-то похожа на живой организм и так же нуждается в лечении, если внутри нее что-то начинает давать сбои. При этом можно пустить все на самотек и вылечиться, ничего не делая и не предпринимая исключительных усилий. Но если заболевание тяжелое (а замена одной модели роста - сырьевой и экспортно ориентированной - на другую, инновационную, опирающуюся на внутренний спрос, как раз относится к тяжелым случаям), то болезнь можно запустить, и в этом случае придется принимать более сильные лекарства и меры, а восстановление окажется более длительным и болезненным.

К сожалению, с высокой степенью достоверности можно констатировать, что, несмотря на вовремя и правильно поставленный диагноз для нашей экономки, болезнь запустили, а выписываемые лекарства оказались либо недостаточно эффективными, либо лечили от чего-то совсем другого.

Характерный пример - фетишизация рейтинга Всемирного банка Doing business. Прорыв на сто мест прямиком в топ-20, предписанный президентом, стал чем-то вроде современного варианта лозунга догнать и перегнать Америку. В результате продвижение в рейтинге есть, а роста инвестиций и снижения оттока капитала из страны нет.

Это открытие, похоже, стало неприятным сюрпризом для первого вице-премьера Игоря Шувалова, курирующего вопросы инвестиционного климата. В середине декабря на конференции, посвященной подведению итогов реализации дорожных карт по снятию административных барьеров, он искренне сетовал на то, что улучшение предпринимательского климата пока не сопровождается соответствующим ростом предпринимательской инициативы.

Это сейчас в наших дискуссиях отсутствует, а это на самом деле сейчас выходит на первый план. Где та инициатива, которую мы всеми этими действиями должны поддержать? - задался непраздным вопросом первый вице-премьер.

Оказалось, что продвижение в рейтинге Doing business - вещь, безусловно, во всех смыслах полезная и даже в какой-то мере необходимая, но ни в коем случае не самодостаточная для взрывного роста предпринимательской инициативы.

Мы в разных рейтингах стоим уже на достаточно высоких местах, но при этих рейтингах, к сожалению, не появляется больше мотивов к тому, чтобы заниматься собственным делом. А многие, кто занимался собственным делом, поглядывают на то, чтобы просто перейти куда-то в качестве наемного работника на хорошо оплачиваемую должность, и совсем им не нужна головная боль с ведением собственного бизнеса, - описал текущую ситуацию И. Шувалов.

Схожие чувства испытывал генерал из пьесы Евгения Шварца Голый король, тщетно пытавшийся понять, почему его прекрасно вымуштрованные солдаты в критический момент оказались совершенно не готовы к исполнению прямых обязанностей.

Я сам удивляюсь, ваше величество. Книг нет, листовок нет, агитаторов нет, дисциплина роскошная, а они у меня с каждым днем все больше разлагаются. Пробовал командовать - разлагаться прекра-ати! Не берет!, - жаловался шварцевский генерал.

Ничего не берет и российский ВВП, даже такая чудодейственная обычно микстура, как дорогая нефть. К концу года экономика пришла с невеселым багажом: темпы роста ВВП, по последним прогнозам, составят 1,4% - в 2,5 раза меньше, чем в 2012 году, который, в свою очередь, был лидером по минимальным темпам роста с 1999 года (за исключением кризисного 2009 года, когда экономика упала на 7,8%).

Если посмотреть на среднегодовые темпы роста за последние пять лет, с 2009 по 2013 годы, то они составили менее 1% в год, и эта пятилетка вполне претендует на звание потерянной с точки зрения экономического роста. Конечно, падение в 2009 году почти на 8% сыграло немаловажную роль в таких низких среднегодовых темпах, но уже по итогам посткризисного 2010 года (рост на 4,5%) было понятно, что произошел не полноценный отскок, как во многих странах. И, значит, что-то не так, и нужно что-то предпринимать в плане поиска новых точек роста.

В результате стагнация, о которой предупреждали все кому не лень в конце 2012 года, стала явью. Но самое главное, нет понимания - как долго продлится стагнация и как построить новую модель экономического роста.

Остается по традиции утешаться тем, что зато мы делаем ракеты. Именно о достижениях российской оборонной промышленности заговорил Владимир Путин на новогоднем заседании правительства, куда по традиции приходит президент, чтобы подвести итоги работы. Ни одного макроэкономического показателя в открытой части заседания не прозвучало.

В 2014 году аналитики, опрошенные агентством Интерфакс, ожидают рост экономики на 1,5%, не видя особых поводов к ускорению роста. Официальный прогноз Минэкономразвития более оптимистичен - 2,5%, и даже за такой незначительный рост правительству придется сильно побороться.

А мы по традиции с помощью экспертов попытаемся ответить на часто возникающие вопросы: могло ли правительство удержать экономику от сползания в стагнацию в 2013 году, как долго она может продлиться, почему отток капитала не снижается, как решение о заморозке тарифов в следующем году скажется на экономике, что может предложить правительство для стимулирования роста, а также ожидать ли девальвацию рубля в следующем году.

Стагнация. Начало

Год назад в итоговом обзоре мы писали, что экономика страны рискует перейти к достаточно длительному периоду инерционного роста на троечку, когда темпы будут колебаться в пределах трех с небольшим процентов, и если в среднесрочной перспективе правительству удастся уговорить ее расти на 5% и более, то можно будет с уверенностью говорить, что оно поработало на отлично.

Теперь приходится констатировать, что оценку отлично деятельности правительства можно будет ставить за достижение хотя бы трехпроцентного роста в следующем году.

При этом складывается все более четкое впечатление, что в компетенции правительства и нет рычагов, которые могут привести к росту экономики на 5 и более процентов. Просто по той причине, что кардинальное изменение инвестиционного имиджа в текущей политической парадигме выглядит маловероятным. Правительство может принимать решения по снижению административных и технических барьеров, но сделать судебную систему реально независимой, заставить правоохранительные органы не кошмарить бизнес и отказаться от так называемого ручного управления не в силах.

Шувалов в ходе уже упоминающейся конференции признал, что, например, крупный иностранный бизнес в последнее время в большей степени волнует психологическая и политическая составляющие в РФ, а не собственно бизнес-климат.

В последнее время мне удалось повстречаться с представителями самых крупных компаний из ЕС, США и даже азиатскими, которые инвестируют в Россию, работают в России. Вы знаете, у нас был абсолютно откровенный разговор. И их, конечно, волнует некая психологическая составляющая, может быть, политическая. Их практически уже не беспокоит бизнес-климат. Говорю вам откровенно, - сказал первый вице-премьер.

Очевидно, что правительство в силу своей компетенции не может сильно влиять на психологические и тем более политические составляющие.

Замминистра экономического развития Андрей Клепач, подводя экономические итоги 2013 года, назвал его годом упущенных возможностей с точки зрения того, чтобы противодействовать негативным тенденциям в экономике и получить эффект пусть хоть не по ускорению роста, но по противодействию его торможению. С эти утверждением можно согласиться лишь отчасти, так как возможности были упущены гораздо раньше, а 2013 год стал лишь констатацией этого факта.

Итак, могло ли правительство удержать экономику от сползания в стагнацию в 2013 году и могло ли правительство избежать этого?

Сергей Дробышевский (экономист, Институт экономической политики имени Гайдара): На мой взгляд, не могло. Замедление экономики России носит достаточно объективный характер вследствие замедления мировой конъюнктуры, падения цен и спроса на ряд товаров российского экспорта (газ, металлы) и исчерпания сложившейся модели роста. Сделать что-либо, что могло бы предотвратить замедление роста в 2013 году, в прошедшем году было нельзя. Нужна кропотливая работа по снижению рисков предпринимательской и инвестиционной деятельности, делового климата, созданию благоприятной атмосферы для старта и развития бизнеса внутри страны. Это не может дать немедленного результата, однако это закладывает основы для устойчивого роста, опирающегося на внутренний рынок.

Николай Кондрашов (экономист, институт Центр развития НИУ ВШЭ): Переход российской экономики к стагнации был обусловлен исчерпанием модели экономического роста (на фоне завершившегося в 2011 - 2012 годах периода восстановления запасов и снижения рентабельности в большинстве секторов экономики), т. е. являлся результатом фундаментальных факторов. Кризис модели усугубился проведением государством политики закручивания гаек и демонтажом политических завоеваний прежних лет. То есть и в экономической, и в политической сферах происходило усиление государственного давления и влияния. Рост экономики в 2013 году мог бы быть выше, если бы государство, напротив, улучшало институциональную среду. Ослабление фискальной политики (отказ от бюджетного правила, наращивание расходов бюджетной системы) могло бы несколько замедлить сползание экономики в стагнацию, и то лишь в краткосрочной перспективе. Ослабление монетарной полит 10000 ики было бы ещё менее желательным, так как привело бы к росту оттока капитала, ослаблению курса рубля и росту инфляции и значимо не повлияло бы на экономический рост.

Сергей Егиев (экономист, Альфа-банк): Краткосрочные меры экономической политики, такие как наращивание расходов бюджета или смягчение денежной политики, не остановили бы стагнационных процессов. Проблемы российской экономики имеют структурный характер, и в этой области остается большое пространство для реформ.

Ольга Стерина (экономист, ФК Уралсиб): Для того чтобы поддержать рост в краткосрочной перспективе, можно было бы снизить ставки. Основным триггером ускорения инфляции являлись немонетарные факторы. Однако для поддержания роста в долгосрочной перспективе нужны структурные реформы, направленные на улучшение инвестиционного климата, борьбу с коррупцией, соблюдение прав собственности и повышение эффективности госрасходов и производительности труда.

Дарья Исакова (экономист, ВТБ-Капитал): Замедление темпов экономического роста в 2013 году - это результат как структурных, так и циклических факторов, и своевременная активизация контрциклических мер экономической политики, вероятно, помогла бы сдержать стагнационные процессы.

Утечка

Несмотря на все уговоры властей, капитал продолжает убегать из страны. После чистого оттока в более чем $80 млрд в 2011 году отток в 2012 году несколько снизился и составил порядка $55 млрд, но дальнейшее сокращение вывоза капитала застопорилось, и в 2013 году этот показатель составит те же $55 - 60 млрд.

В 2012 году власти феномен в виде большого оттока любили объяснять экспансией российских компаний за рубежом. Более того, Российский фонд прямых инвестиций в декабре 2012 года представил исследование по оценке динамики и качества оттока капитала из России, разработанное совместно с Ernst & Young и Центром национального интеллектуального резерва МГУ. По их мнению, расчеты ЦБ порождают миф о гигантском оттоке, на самом деле он как минимум в два раза ниже, чем показывает официальная статистика.

Как бы то ни было, методику расчета оттока ЦБ не поменял, и официальная статистика констатирует неуменьшающийся отток капитала из страны. В уходящем году этому способствовал не только неблагоприятный инвестиционный климат и отсутствие достаточно количества качественных инвестпроектов, но и общемировая тенденция вывода капитала с развивающихся рынков в сторону развитых стран.

• С. Дробышевский: Отток капитала с развивающихся рынков в 2013 году - общемировая тенденция, он наблюдается и из большинства других стран. Причины - ожидание роста доходности по надежным финансовым активам США после прекращения QE3 и отсутствие заметных точек роста не только в России, но и в других странах. Россия в данном случае мало чем отличается от других стран, и наши внутренние проблемы (отсутствие доверия к политике, привычка бизнеса выводить капитал и т. д.), конечно, добавляют часть вывозимого капитала, но не являются основным фактором.

• Н. Кондрашов: В последние годы отток капитала усилился преимущественно потому, что Россия потеряла свою привлекательность как для отечественных, так и для иностранных инвесторов. Если до международного финансового кризиса при растущих ценах на нефть Россия привлекала инвесторов большим потенциальным доходом, то кризис и первые посткризисные годы показали, что период роста российской экономики высокими темпами (5 - 8% в год) завершился. При этом плохие условия ведения бизнеса, связанные с плохими экономическими и политическими институтами, не только не улучшились, но ухудшились. Оба этих фактора ограничивают как предложение иностранного капитала, так и спрос на займы (в т. ч. иностранные).

• Мария Помельникова (экономист, Райффайзенбанк): К факторам, препятствующим кардинальному изменению капитальных потоков, мы относим рост девальвационных ожиданий (неуверенность в стабильности цен на нефть, повышение волатильности курса), что побуждает банки и компании удерживать крупные валютные позиции, сохранение повышенных инфляционных ожиданий, недостаточно высокого уровня предпринимательской уверенности и тенденции к приобретению российскими компаниями зарубежных активов при отсутствии сопоставимых инвестиций в РФ, что связано с ограниченным потенциалом альтернатив для инвестиций внутри страны.

• С. Егиев: Отток капитала во многом связан с отсутствием привлекательных инвестиционных проектов в экономике. Однако причиной такой ситуации является не падающая маржинальность, а негативный бизнес-климат и отсутствие уверенности при долгосрочном планировании. В этом смысле необходимы сильные сигналы для того, чтобы ситуация качественно переменилась. Кроме того, инфляционные ожидания остаются высокими, что также не способствует решению проблемы с оттоком.

Тарифы. Ледниковый период

Наверное, самым громким экономическим решением 2013 года стала заморозка тарифов на услуги естественных монополий в 2014 году и рост их с 2015 года на уровень, не превышающий инфляцию предыдущего года.

Новый министр экономического развития Алексей Улюкаев сразу после своего назначения провозгласил идею так называемого контрциклического механизма регулирования тарифов, когда рост тарифов будет зависеть от темпов экономического роста (чем ниже темпы роста, тем ниже индексация тарифов и наоборот).

Но провозгласить - одно, а провести принятие это решение - совсем другое. Правительство уже несколько лет пыталось умерить аппетиты естественных монополий через снижение темпов индексации тарифов, но лоббистские возможности последних обычно перевешивали при принятии окончательного решения. В 2013 году отбиться не удалось, и в 2014 году регулируемые тарифы для промышленных потребителей расти не будут.

С точки зрения влияния на снижение инфляции и эффективность расходов монополий это безусловный плюс, но, как заморозка отразится на инвестиционном спросе и в целом на экономике, до конца не ясно, и мнения экономистов по этому вопросу неоднозначные.

• Н. Кондрашов: Сокращение прибыли естественных монополий от ограничения роста тарифов означает экономию для населения и бизнеса, что отразится в расходовании значительной части сэкономленных средств по другим направлениям. При этом если даже на совокупные инвестиции в экономике это окажет негативное воздействие, то это будет компенсировано ростом расходов населения. Также само накладывание ограничений будет стимулировать компании наконец-то заняться оптимизацией расходов. Мы ожидаем, что ограничение роста тарифов в 2014 году в итоге либо не окажет никакого значимого воздействия на темпы экономического роста, либо от него будет небольшой положительный эффект.

• О. Стерина: Решение заморозить тарифы станет одним из факторов поддержки экономики в 2014 - 2016 годах. Выиграют прежде всего крупные потребители электроэнергии, газа и компании, активно использующие услуги грузоперевозок. Однако госмонополии могут сократить инвестиционные программы. В целом мы ожидаем позитивного эффекта от снижения тарифов как на экономику, так и на инвестиционную активность.

• С. Егиев: Хотя решение по тарифам будет оказывать положительное влияние на инфляцию, в целом эффект этой меры будет негативным. Одна из ключевых причин российской стагнации - недостаток производственных мощностей. Решение по тарифам ударит по инвестпрограммам естественных монополий, что в еще большей степени затормозит обновление устаревающего капитала. Уже сейчас загрузка мощностей близка к докризисному пику, что говорит о необходимости наращивать инвестиции, а не снижать их.

• М. Помельникова: Среди безусловных плюсов данного решения - только оно одно может сократить инфляцию примерно на 0,4 п. п., а в совокупности с другими фундаментальными факторами (замедление экономики, более эффективная антиинфляционная политика ЦБ и Минфина) дает возможность достижения инфляцией беспрецедентно низкого уровня 5% (если не ниже) в среднесрочной перспективе. Кроме общего эффекта снижения инфляционных ожиданий данная мера в первую очередь создает позитивные предпосылки для поддержки потребительской активности, поскольку высвободившиеся ресурсы население может потратить на иные цели.

Стагнация. Продолжение

Стагнация от спада и рецессии отличается одним очень неприятным моментом. Обычно в нее медленно вползают и еще медленнее выбираются. После спада, который зачастую вызван каким-то шоковым явлением, есть хорошие шансы на быстрый отскок и дальнейший динамичный рост.

При стагнации вроде никакого шока нет, спада тоже нет, но структура экономики такова, что в текущих, в общем-то, не самых плохих конъюнктурных условиях не позволяет расти быстрыми темпами, и быстро выйти из такой ситуации очень непросто.

Это, в частности, отражает новый долгосрочный прогноз Минэкономразвития, который министерство представило в начале ноября.

Прошло всего чуть более полугода после утверждения правительством прогноза социально-экономического развития РФ на период до 2030 года. Ничего катастрофического в мировой экономике за это время не произошло: цены на нефть остаются стабильно высокими, ЕС (крупнейший российский внешнеторговый партер) потихоньку выбирается из рецессии, замедление роста ВВП Китая не носит обвального характера, но базовый прогноз по росту российской экономики Минэкономразвития понизило со среднегодовых темпов роста в 4% до 2,5%.

Предыдущие тринадцать лет (с 2000-го по 2012-й) с их девальвационными взлетами и кризисными провалами в среднем дали примерно 5% в год, то есть вдвое больше.

Понижение прогноза на год на полтора процентных пункта уже обычно является чрезвычайным событием, а тут понижена динамика среднегодового роста на ближайшие почти двадцать лет.

При этом в Минэкономразвития разработали и два более оптимистичных варианта, которые предусматривают реализацию целого ряда мер и механизмов, но называют консервативный сценарий более вероятным и реалистичным, по сути, ставя под сомнение возможности властей реализовать необходимые для стимулирования роста реформы.

Конечно, из стагнации экономика выйдет гораздо раньше, чем до 2030 года, возможно, уже в следующем году или в 2015 году, но темпы роста в долгосрочной перспективе в 2,5%, по сути, не сильно отличаются от стагнационных 0 - 1,5%.

• С. Егиев: Так как стагнация вызвана не краткосрочным падением спроса, но структурными факторами, даже грамотная экономическая политика не сможет радикально изменить ситуацию менее чем за 2 - 3 года.

• О. Стерина: В следующем году темпы роста должны ускориться до 2,4%, далее рост будет немногим превышать 3%. Стагнация может продлиться до середины 2014 года, однако в целом в среднесрочной перспективе темпы роста будут оставаться умеренными.

• М. Помельникова: Нужно понимать, что при текущей структуре экономики рост ВВП на 1,5 - 2% - это новая реальность, и для поддержки таких темпов необходимо расширение инвестиций. Реализация крупных госпроектов (финансируемых из ФНБ) или иных программ (например, подготовка к чемпионату по футболу 2018) может временно улучшить состояние экономики, но более качественная структурная перезагрузка текущей модели экономики, возможно, вопрос даже не 5 лет.

• Д. Исакова: Наш базовый сценарий подразумевает ускорение темпов роста ВВП в 2015 году за счет смягчения денежно-кредитной политики и роста расходов на инфраструктурные проекты (в частности, в преддверии чемпионата мира по футболу 2018 года, XXIX зимней Универсиады в 2019 году). Кроме того, меры, направленные на улучшение бизнес-климата и повышение эффективности госсектора также должны начать приносить плоды роста.

• Н. Кондрашов: Стагнация российской экономики обусловлена кризисом настоящей модели роста, основанной на растущих ценах на нефть. Выход из стагнации возможен лишь в результате многочисленных институциональных преобразований, на которые нужно время. Если начнутся активные преобразования, то выход из стагнации может занять 3 - 5 лет. Если же преобразований не будет, то российская экономика не выйдет из состояния стагнации вовсе.

Стимулирующий пакет

Структурный характер проблем экономики, приведших к стагнации, означает, что быстро добиться устойчивых высоких темпов экономического роста уже не представляется возможным.

Нужны институциональные реформы, в первую очередь, судебной системы, существенное повышение эффективности госрасходов и расходов госкомпаний. Но такие преобразования займут не один год, поэтому экономисты призывают правительство не пороть горячку.

• С. Дробышевский: Нужно не ставить перед собой задачу во что бы то ни стало пришпорить экономику на лишние полпункта роста в ближайшие месяцы, а планомерно убирать ограничения для долгосрочного устойчивого роста.

• О. Стерина: Это должен быть комплекс мер, на реализацию которых понадобится время. Можно было бы начать с повышения эффективности и качества госрасходов.

• Н. Кондрашов: Необходимы снижение давления на бизнес (особенно на малый и средний), децентрализация бюджетной политики (увеличение самостоятельности регионов), реальная борьба с коррупцией, полномасштабная реформа судебной системы, направленная на достижение ее независимости. Сокращение государственного сектора экономики (приватизация предприятий, которые могли бы существовать на рыночных началах; закрытие неэффективных предприятий и структур), отход от политики ручного управления экономикой, от договорных отношений между бизнесом и властью, полномасштабная политическая реформа (реабилитация парламента) и т. д.

• С. Егиев: Для того чтобы стимулировать рост российской экономики, необходимо проводить глубокие структурные и институциональные реформы, которые требуют времени. Однако есть несколько мер, которые могут оказать эффект достаточно быстро. Например, российская экономика страдает от негативного демографического тренда, и трудовых ресурсов не хватает. С другой стороны, производительность труда в госсекторе остается низкой. Сейчас в госсекторе занято 23% всей рабочей силы, кроме того, еще 17% от всех занятых работают в госкомпаниях; снижение численности занятых в этих неэффективных секторах привело бы к перетоку трудовых ресурсов, росту эффективности и положительно сказалось бы на росте экономики. Кроме того, бюджетные расходы сейчас во многом сконцентрированы на социальной сфере. Сферы образования и инноваций, позволяющие увеличить производительность, получают меньше внимания. Изменение этой ситуации также поддержало бы рост.

Девальвация. To be or not to be

Самым важным вопросом как для населения, так и для бизнеса, безусловно, остается вопрос, ожидать ли в следующем году обесценения рубля и насколько. Неуклонное сокращение счета текущих операций (согласно ожиданиям Минэкономразвития, счет текущих операций станет дефицитным в 2015 году) и ожидаемое постепенное сворачивание ФРС США политики количественного смягчения будет оказывать все возрастающее давление на рубль.

Тем не менее экономисты не ожидают обвального падения курса рубля как к корзине валют, так и к доллару в частности. Консенсус- прогноз аналитиков, опрощенных Интерфаксом в конце декабря, предполагает ослабление рубля до 35 руб. за доллар против 32,8 руб. в настоящее время.

Большинство экономистов считают наиболее вероятным сценарий, при котором при отсутствии внешних шоков ослабление рубля в 2014 году не превысит 10%, а наиболее вероятным видится вариант с обесценением рубля к доллару в интервале 5 - 7%.

• С. Дробышевский: Говорить о девальвации валюты, строго говоря, некорректно в условиях плавающего курса. По нашим оценкам, в наиболее вероятном сценарии развития экономики стоимость рубля снизится по отношению к бивалютной корзине примерно на 5%.

• Н. Кондрашов: В 2013 году состояние платёжного баланса России продолжило ухудшаться, что лишь частично отразилось в ослаблении рубля. Мы ожидаем, что ослабление рубля в 2014 г. не превысит 5 - 7%. Однако существует риск усугубления в 2014 году негативных тенденций последних лет. В этом случае девальвация может быть существенной (около 20%). При сильном падении цен на нефть (на $20 за баррель и более) девальвация может быть ещё большей по масштабам.

• М. Помельникова: Фундаментальными рисками для рубля является тенденция к дальнейшему ухудшению состояния платежного баланса: сокращения притока валюты по текущему счету (на фоне стагнации физических объемов основных статей экспорта и рисков изменения их ценовой динамики) и продолжения оттока капитала. Фактором, который окажет давление на курс уже в ближайшей перспективе, - это ожидаемое нами сворачивание QE3 в I квартале 2014 года, которое, по нашим оценкам, лишь отчасти может быть сглажено положительным воздействием от Олимпиады.

• С. Егиев: Риск девальвации в 2014 году сохранится, и это связано как с внешними факторами, так и с внутренними факторами. Во-первых, плавное ужесточение политики ФРС вызывает отток капитала из большинства развивающихся регионов. Во-вторых, слабый текущий счет свидетельствует о том, что в случае сохранения негативных трендов девальвация окажется наиболее вероятным сценарием.

• Д. Исакова: В 2014 году есть риск ослабления рубля в силу как внутренних причин - сокращение профицита текущего счета, серый отток капитала, повышение гибкости курсообразования - так и внешних - потенциальное снижение котировок нефти, завершение цикла смягчения монетарной политики в США. Мы ожидаем, что номинальный курс рубля относительно доллара ослабнет на 6,5%.


Самое читаемое сегодня


Категория: Бизнес Новости | |

Подписка на RSS рассылку Кислая экономика: ожидать ли девальвацию в 2014 году


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.