Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Эхо Москвы: невидимка в Большом

  • Эхо Москвы: невидимка в Большом
  • Смотрите также:

За чашкой чая в кафе в ГУМе, с видом на Кремль, Джой Вомак (Joy Womack) окинула взглядом Красную площадь за окном, вспоминая, как еще тинэйджером она приехала в Россию, полная надежд сделать балетную карьеру.

Вспомнила, как стояла в центре круга на брусчатке возле Исторического Музея, где москвичи и гости российской столицы традиционно загадывают желания.

Сначала загадала желание стать лучшей в своем балетном классе. Затем окончить балетную школу с отличием. Потом попасть в труппу Большого театра. Все исполнилось.

«Тогда у меня было так много возможностей блистать, – признается 19-летняя Джой, уроженка города Санта-Моника (Калифорния). – Главная мечта всей моей жизни осуществилась».

Всем ее надеждам, однако, суждено было разбиться в течение сложного и эмоционального года работы в Большом, когда Вомак, по ее словам, боролась за то, чтобы заметили, что она вообще есть. Американская балерина в конечном счете вынуждена была уйти из театра, и сделала она это после того, как ей посоветовали дать взятку, чтобы получить роль солистки в репертуаре элитной балетной труппы.

«Это было похоже на прощание с первой любовью», – призналась она.

Перескакивая с русского на английский и обратно, Вомак рассказала о том, как один из театральных педагогов посоветовал ей найти «спонсора, который мог бы что-то дать или подарить от вашего имени».

«Один человек прямо мне сказал: «Джой, начальная цена - даже для появления в небольшой роли - составляет 10 тысяч долларов и то, чтобы показать, что ты настроена серьезно».

«Мне говорили, что для того чтобы получить роль, одна балерина подарила (кому-то в труппе) автомобиль Mercedes-Benz», – сказала она.

Вомак, обучавшаяся в балетной школе Westside Ballet в Санта-Монике, приехала в Россию в 2009-м году, не говоря тогда еще ни слова по-русски. Она стала первой американкой, окончившей русское хореографическое училище и затем подписавшей контракт с прославленным Большим театром.

Некоторые члены балетной труппы с возмущением отреагировали на откровения Вомак, связанные со взятками.

«Я проработал в этой труппе 28 лет, и мне подобные факты неизвестны, – отметил в интервью Los Angeles Times Александр Петухов, солист и хореограф балетной труппы. – Если ей что-то такое известно, пусть тогда назовет этих людей. Зачем театр грязью поливать?»

Однако Наталью Выскубенко, артиску кордебалета Большого со стажем, не удивляет то, что говорит Джой.

«Некоторые получают роли и повышение одним способом, другие – другим, – подчеркнула Выскубенко в одном из интервью Los Angeles Times. – “То, что рассказывает Джой, - недалеко от истины».

После окончания Московской государственной академии хореографии в июне 2012-го года, когда Джой уже обсуждала условия контракта с Михайловским театром в Санкт-Петербурге, ей вдруг предложили прийти на просмотр, устроенный Сергеем Филиным, художественным руководителем балета Большого театра. (Cемь месяцев спустя Филин получает серьезный ожог кислотой в результате нападения, предположительно организованного одним из танцоров; дело сейчас слушается в суде.)

Будучи принятой в балетную труппу театра, Джой сразу же почувствовала, как сложно вписаться в коллектив. «Я поняла, что стала чем-то вроде нивидимки, какой-то виртуальной балериной», – сказала она. Одна из ее коллег по работе в Большом так это и описала.

«Трудолюбивая девушка, она действительно полюбила Большой театр и стала его фанатом и патриотом с самого начала», – сказала Выскубенко, которая, по словам Джой, помогала ей освоиться в театре.

«Готовая браться за любую работу, танцевать все, что угодно, но она как-то затерялась и стала незаметной с самого начала. Вскоре она, по сути, превратилась в театре во что-то вроде призрака».

Вомак была вынуждена конкурировать с артистами в опытной балетной труппе с разнообразным и сложным репертуаром.

Выскубенко сказала, что, несмотря на наличие у Вомак контракта солистки, она не смогла пробиться даже в кордебалет, артисты которого не горели особым желанием принять слишком энергичного новичка.

Каждый день, вспоминает Джой, она приходила в театр, два раза в день посещала балетный класс, репетировала различные сольные партии, а потом просто сидела и ждала. Так проходили дни, недели, месяцы.

«У меня было такое чувство, будто обо мне забыли, и что до меня никому нет никакого дела, – рассказывает Джой. – Я умоляла включить меня в хотя бы кордебалет, лишь бы иметь возможность танцевать на сцене. Нет, – отвечали мне, – ты выделяешься, ты слишком необычная, ты слишком высоко поднимаешь ногу, ты чересчур эмоциональна».

Вомак была вынуждена жить меньше чем на 500 долларов в месяц в Москве, одном из самых дорогих городов в мире. Для экономии она питалась в театральной столовой. Но даже эти деньги она не всегда получала. «Они даже забывали мне вовремя зарплату платить, но иногда давали что-то наличными, когда понимали вдруг, что я здесь», – рассказывает она.

Если артисты кордебалета зарабатывают до 2 тысяч долларов в месяц, сама она по собственному признанию редко получала и половину этой суммы. Кроме того, с нее как с иностраники еще и удерживали 30-ти процентный налог. Если бы не возможность бесплатно жить на квартире знакомой, сводить концы с концами ей было бы совсем трудно.

Удача улыбнулась Джой 31 декабря прошлого года: в этот день в первый и, как оказалось, в последний раз она станцевала сольную партию на исторической сцене Большого в роли Испанской куклы в балете Чайковского «Щелкунчик».

Меня так захлестнули эмоции, что я сделала тройное фуэте и прыжок вместо двойного фуэте, – рассказала она. – Мой педагог, стоял в кулисах, перекрестил меня рукой и почти что кричал: “Давай! Давай!”»

Затем, в январе этого года, произошло нападение на Филина, когда ему плеснули в лицо кислотой, в результате чего он выбыл из сторя и из Росии на несколько месяцев. И Джой вновь стала невидимой.

В марте Вомак убедила Галину Степаненко, временно исполняющую обязанности руководителя балета, посмотреть ее в подготовленной вариации Золушки из балета «Спящая красавица», роли оказавшейся вдруг вакантной на четыре спектакля.

Степаненко сказала ей, что она «очаровательна», и что эта роль ей очень «подходит», однако неожиданно эту партию отдали подруге жены Филина, сказала Вомак.

«Я была убита, я была просто в отчаянии, – рассказывает она. – Моего имени не было ни разу ни в одной афише. Всегда в запасе, я приходила в театр на спектакль и сидела за кулисами».

Танцоры и педагоги уже начинали подшучивать над ней.

«Кто-то сказал, что я в труппе я стала кем-то вроде американской девушки из группы поддержки, которая танцует и бесшумно кричит «Йе! Йе!» за кулисами, – вспоминает она со слезами на глазах. – Смешно, если бы не было так грустно».

Один педагог сказал, что он не может больше терпеть того, как она сидит без дела, и ему удалось договориться, чтобы она появилась на сцене в составе кордебалета в спектакле «Иван Грозный» 20 апреля, в день ее рождения. Такой подарок ко дню рождения она не забудет никогда, сказала Джой.

За целый год в Большом она один раз станцевала сольную роль в «Щелкунчике», и семь раз появилась в кордебалете в трех разных постановках.

Затем, после того как в августе, когда балетная труппа уехала на гастроли в Лондон, а ее оставили в Москве, Вомак в течение трех месяцев добивалась встречи с Филиным, который к тому времени вернулся в Москву после продолжительного лечения в Германии.

«Когда я, наконец, смогла обратиться к нему с просьбой о подписании со мной самого простого контракта как с артисткой кордебалета, он мне сказал: “Ты должна быть хитрее, Джой, изворотливей. Тебе надо поговорить с другими артистами и узнать у них, как в театре все устроено и как тебе нужно себя вести”», – рассказала Вомак.

Она уволилась на следующий день.

«Для меня это был серьезный урок, – сказала она. – У них, в Большом, - так много денег, лучшее в мире здание и так много талантливых людей. Но им нужно менять отношение к людям и к работе».

Получить комментарии от руководства Большого по поводу ситуции с Вумак не представилось возможным.

Когда жалобы Джой впервые появились в российских средствах массовой информации, генеральный директор Большого театра Владимир Урин заявил в интервью РИА Новости, что, если Вомак обратится в суд, театр готов оказать помощь в расследовании.

«Если факты будут в законном порядке установлены, виновные должны будут понести соответствующее наказание», – сказал он.

Обвинения Вомак пришлисб на сложное для Большого театра время. Один из ведущих солистов балета Павел Дмитриченко находится под судом по подозрению в организации нападения на Филина с использованием кислоты.

Когда Филин в начале ноября появился в суде, и Дмитриченко обвинил его в коррупции, в том числе - в распределении ролей за вознаграждение, глава балетной труппы заявил: «Я никогда не брал никаких денег у артистов – ни за изменение их статуса, ни за получение ролей в спектаклях».

Вомак не собирается уезжать из Москвы, несмотря на то, что она получает достаточно почты ненависти по электронке и в SMS. Кто-то написал ей, что «тебе будет лучше покончить с собой».

Вомак, которая в 2011 году стала победителем Гран-при для молодых американцев в Париже (Youth America Grand Prix in Paris), а в 2013 году выиграла азиатский Гран-при в Гонконге (Asian Grand Prix), сказала, что пока она репетирует с другой балетной труппой в России, но пока не готова ее назвать.

Допив свой чай и погрузившись в холодные сумерки ноябрьского вечера, Джой вновь вошла в круг исполнения желаний рядом с Историческим музеем, закрыла глаза, сжала крохотные кулачки и загадала свое новое желание.


Самое читаемое сегодня


Категория: Новости культуры | |

Подписка на RSS рассылку Эхо Москвы: невидимка в Большом


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.