Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Почему меняются приоритеты энергетической политики ЕС

  • Почему меняются приоритеты энергетической политики ЕС
  • Смотрите также:

Более десяти лет энергетическая политика Европейского союза была нацелена на энергетическую безопасность — обеспечение граждан и бизнеса «безопасной, устойчивой и конкурентоспособной» энергией. Безопасная энергия означает надежные поставки, устойчивая — борьбу с изменениями климата, конкурентоспособная — невысокие цены на энергоресурсы, позволяющие поддерживать конкурентоспособность экономики ЕС.

Евросоюз традиционно являлся пионером в области сокращения выбросов парниковых газов и вносил решающий вклад в глобальную климатическую политику, прежде всего, в киотский процесс. В сфере энергетики сокращение выбросов парниковых газов обеспечивалось за счет действий ЕС по энергосбережению и стимулированию возобновляемых источников энергии (ВИЭ), а также посредством опережающего роста потребления газа (ведь газ является наиболее экологически чистым топливом).

Сделано было очень много. Однако в последние два-три года в развитии энергетического сектора ЕС по всем трем вышеупомянутым направлениям набирают силу противоположные тенденции.

Во-первых, по официальным оценкам Еврокомиссии, без серьезных дополнительных усилий невозможно выполнить существующую индикативную цель в области энергосбережения — обеспечить 20%-увеличение энергоэффективности к 2020 году. Представляя 24 декабря 2011 года доклад о новой директиве об энергосбережении, комиссар ЕС по энергетике Гюнтер Эттингер отметил, что «лучший способ двигаться вперед — это обязательные цели и гибкость в способах их достижения».

Но многие страны ЕС не разделяют энтузиазма Еврокомиссии и не готовы вкладывать дополнительные средства в проекты энергосбережения. В итоге принятая 25 октября 2012 года Директива 2012/27 об энергоэффективности не предусматривает введения обязательных нормативов (сохраняется принцип индикативного планирования), а все предусмотренные Директивой мероприятия даже по официальным оценкам обеспечат увеличение энергоэффективности лишь на 17%. Причем отсутствием амбиций отличаются не только относительно небогатые страны Центральной Европы. Крупнейшие страны ЕС — Германия, Франция и Великобритания — декларировали в национальных планах энергосбережения минимальные цели, которые не выходят за рамки ранее согласованных в ЕС обязательств. Еврокомиссия обещала предложить некоторые дополнительные меры, которые дадут недостающие 3%, но реалистичность этого обещания вызывает серьезные сомнения.

Во-вторых, впервые за последние годы затормозился рост числа вводимых в строй оффшорных ветровых станций: 327 МВт в 2008 году, 584 МВт в 2009 году, 883 МВт в 2010 году — и лишь 866 МВт в 2011 году. Это следствие экономического кризиса, который привел к сокращению инвестиций в отрасль, а также ограничил возможности государственной поддержки. В частности, в январе 2012 года датская компания «Вестас» — мировой лидер по производству ветровых турбин — объявила о сокращении 2,3 тысяч рабочих мест (примерно 10% общего числа занятых). Это стало следствием убытков, понесенных компанией в 2011 году из-за резкого роста издержек. Данный факт лишний раз демонстрирует зависимость возобновляемой энергетики от государственной поддержки. И это при том, что из всех видов возобновляемой энергетики именно ветровая является самой конкурентоспособной и именно за ее счет обеспечивалась львиная доля прироста ВИЭ.

Все шире признается, что форсируемое развитие возобновляемой энергетики сопровождается целым рядом проблем, прежде всего слишком большими затратами, которые тяжелым бременем ложатся на государственные бюджеты и конечного потребителя. Характерный пример предоставила Французская федерация устойчивой окружающей среды (French Sustainable Environment Federation): во Франции, при наличии 4,5 тысяч ветровых турбин на оффшоре общей мощностью 5,500 МВт, 7 мая 2013 года «они работали на 5% мощности, что демонстрирует их низкую загрузку и полную бесполезность [потраченных на их строительство] 11 млрд евро инвестиций». Скептические оценки звучат и от представителей бизнеса. Например, глава GDF Suez Жерар Местралле в статье, опубликованной в Le Monde, критикует систему господдержки возобновляемой энергетики, которая в итоге привела к созданию излишних мощностей. А ведь в конечном итоге за строительство таких мощностей, равно как и за их простой, платят потребители.

Согласно внутреннему докладу Еврокомиссии (выводы обнародованы 16 октября 2011 года в The Financial Times), сокращение выбросов парниковых газов и развитие возобновляемой энергетики приведут к существенному повышению цен на электроэнергию в течение ближайших 20 лет. Причиной тому — необходимость масштабных инвестиций. Лишь после 2030 года цена электроэнергии начнет медленно понижаться. Из пяти рассмотренных сценариев самым дорогим для потребителей является сценарий ускоренного развития солнечной и ветровой энергетики; он приведет к росту цен на электроэнергию к 2050 году вдвое по сравнению с современным уровнем. Самый дешевый сценарий — сохранение существенной доли атомной энергии в энергобалансе и развитие технологий хранения углекислого газа — приведет к росту цен к 2050 году «лишь» на 43%.

В-третьих, поставки дешевого угля из США привели к тому, что в 2011–2012 годах в странах ЕС резко вырос объем угольной генерации, было построено много угольных электростанций — и потребление угля в электрогенерации существенно превысило потребление газа. Низкая стоимость квот на выброс парниковых газов в ЕС лишь способствовала этой тенденции. Выбирая между экономической эффективностью и сокращением выбросов парниковых газов, коммерческие компании проголосовали за минимизацию издержек. И политики ничего не смогли (не захотели?) противопоставить этому выбору бизнеса.

И наконец, состоявшийся 22 мая 2013 года саммит Европейского совета (второй в истории ЕС саммит, посвященный вопросам энергетики) на политическом уровне констатировал изменение приоритетов энергетической политики ЕС: вместо «устойчивой энергии» на первый план выходит «конкурентоспособная энергия». Основным пунктом повестки дня саммита был вопрос о высоких ценах на энергоносители и их влиянии на конкурентоспособность экономики ЕС. И это не удивительно в условиях, когда в 2012 году цена на газ в Европе была в четыре раза выше, чем в США, а цена на электроэнергию — в два раза выше. Это заставляет задуматься как о конкурентоспособности промышленности ЕС на глобальных рынках, особенно в свете проекта создания зоны свободной торговли между ЕС и США, так и о социальной справедливости, поскольку гражданам с низкими доходами все сложнее платить по коммунальным счетам.

Смена приоритетов наглядно продемонстрирована первой фразой Заключения Европейского совета: «В современном экономическом контексте мы должны мобилизовать все наши политики на поддержку конкурентоспособности, [создание] рабочих мест и [стимулирование экономического] роста». Из конкретных решений следует упомянуть:

1) Внесение изменений в правила оказания господдержки энергетики. В частности, решено, устранить «экологически или экономически вредные субсидии, включая субсидирование ископаемого топлива» и разработать «эффективные и экономически обоснованные схемы поддержки возобновляемой энергетики и обеспечения адекватного количества генерирующих мощностей». Причем готовность тратить бюджетные средства на эти цели ограничена: не случайно документ повторяет ранее сформулированную позицию о том, что «финансирование [таких проектов] должно осуществляться преимущественно рынком», т. е. самими инвесторами.

2) Под лозунгом диверсификации энергетических поставок впервые основное внимание уделяется не поставкам извне, а развитию производства энергии на территории ЕС. Речь в первую очередь идет о нетрадиционных углеводородах. А условиями дальнейшего развития ВИЭ названы «их экономическая эффективность, развитие рыночных механизмов и стабильность сетей».

3) Традиционно большое внимание в документе было уделено энергоэффективности, которая «может внести значительный вклад в противодействие нынешней динамике цен на энергию». Как отметил председатель Европейского совета Херман Ван Ромпей, «самая дешевая, чистая и безопасная энергия — та, которая не была потреблена». Впрочем, с этим тезисом можно поспорить. При существующем в ЕС высоком уровне энергоэффективности дальнейшая экономия энергии требует весьма дорогих технологий, инвестиции в которые даже при нынешних высоких ценах на энергоносители находятся на грани окупаемости. О неготовности многих стран ЕС вкладывать дополнительные средства в энергоэффективность было сказано выше.

Решения Европейского совета вносят существенные коррективы в приоритеты энергетической политики ЕС. Они фиксируют снижение внимания к климатическим аспектам энергетики, говорят о пересмотре стратегии форсированного развития ВИЭ и свидетельствуют о сложностях в области энергосбережения. Отныне главная озабоченность ЕС в сфере энергетики — это цена энергоресурсов.

Что особенно тревожно для России, Европейский совет призвал в контексте проблемы высоких цен обратить внимание на «контрактную увязку газовых и нефтяных цен». Это очевидным образом подтверждает, что попытки ЕС вынудить поставщиков (в частности, «Газпром») отказаться от Гронингенской формулы вызваны не столько стремлением обеспечить абстрактную «справедливую конкуренцию» на рынке газа, сколько желанием административными методами пересмотреть существующие коммерческие контракты и добиться снижения цен на газ.


Самое читаемое сегодня


Категория: Бизнес Новости | |

Подписка на RSS рассылку Почему меняются приоритеты энергетической политики ЕС


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.