Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Виктор Цой: икона из спального района

  • Виктор Цой: икона из спального района

«Вы разве имеете право заходить в чужие могилы? Топтать чужие могилы? Окурки бросать? Вот зачем вы всё стоптали?» — кричит на фанатов Виктора Цоя кладбищенская уборщица. Это один из финальных эпизодов документального фильма Алексея Учителя «Последний герой». «Ну как же так можно — уничтожить всю зелень?!» — уборщица входит в раж, фанаты тупят головы…

Каждый год 15 августа, в день смерти Виктора Робертовича (он разбился в 1990 году, в ДТП на трассе Слока — Талси под Ригой) поклонники его таланта собираются в разных местах России, чтобы почтить его память. Это уже стало традицией и ритуалом. И частью легенды, которая сформировалась вокруг имени Виктора Цоя после его смерти.

Как только произошла эта странная и нелепая авария (по официальной версии, Цой просто уснул за рулём и его «Москвич», выехав на встречку, столкнулся с «Икарусом»), факты реальной биографии Цоя стали обрастать множеством разнообразных подробностей. Кое-что вспоминали знакомые, что-то придумывали фанаты. Люди снимали фильмы, писали мемуары, рисовали на стенах... И вскоре уже стало невозможно увидеть за всем этим свистоплясом того настоящего, живого Цоя, который родился в 1962 году в Ленинграде в семье русской преподавательницы физкультуры и корейского инженера. Родился, вырос, написал несколько очень хороших песен, снялся в паре хороших фильмов и погиб в автомобильной аварии...

В принципе жизнь любой поп-звезды после её смерти превращается в миф и предмет поклонения. Особенно если звезда погибает в раннем возрасте. Ранняя смерть становится последней и очень яркой вспышкой, которая создаёт наиболее благоприятную почву для формирования мифологии. Это как последняя жертва. Звезда становится богом. Превращается в икону. А в случае с Цоем это к тому же связано с жизнью целой страны, погибшей практически одновременно с ним.

«Цой был одет в чёрные узкие брюки, из которых высовывались ступни ног в чёрных носках, чёрную рубашку и чёрную жилетку из кожзаменителя. Жилетка была украшена булавками, цепочками, значочками и прочими атрибутами панк-битничества. Волосы у него были тоже чёрные и довольно длинные, короче говоря, этот юноша имел несколько мрачный вид». Этот эксцентричный молодой человек — совсем ещё юный Виктор Цой. Так описывает его в начале своей книги воспоминаний Алексей Рыбин, который вместе с Цоем в 1981 году основал группу «Кино».

О детстве Виктора известно мало. Его отец рассказывал, что в семье соблюдались некоторые корейские традиции. Мать к этому добавляла: «Виктор взял от отца мужскую сдержанность, которая очень украшает мужчину. Никакой вспыльчивости, грубости…» В детском саду Виктор отличался молчаливостью. Он стеснялся своей азиатской внешности, которая делала его совершенно непохожим на остальных. Всегда сторонился других детей, играл отдельно. Из игрушек предпочитал пластилин. При этом всё время чувствовал любопытство и внимание остальных детей к своей персоне, и это смущало его ещё сильнее. «Я всё время боялась, что его побьют, — вспоминает Валентина Цой. — Многие звали его япошкой». Цой на это обижался. И становился всё более склонным к замкнутости. После его смерти один из музыкантов «Кино» Александр Титов скажет: «Я Витю Цоя не знал, хотя плотно работал и общался с ним. Он открывался редко кому. Человек был скрытный. С открытым внутренним миром. Видимо, существовала какая-то детская психологическая травма, заставлявшая его всегда прятаться в глубину себя».

В школьные годы Виктор любил, если была такая возможность, оставаться дома по целым дням. Он валялся на диване, выжигал по дереву, что-то рисовал и читал русскую классическую литературу. Когда ему исполнилось двенадцать, мама привела его в художественную школу… Завуч той школы вспоминала: «Виктор произвёл на меня впечатление своей аккуратностью, приглаженностью. Видно было, что он долго и тщательно делал себе причёску. Он был до того смущён, что стоял как каменный, как будто внутри у него камень». Это интересное замечание. Вы никогда не замечали, глядя на Цоя в тех немногих оставшихся от него видеосвидетельствах, что нечто как бы мешает ему двигаться? Как будто какое-то тяжёлое внутреннее препятствие, которое он вынужден преодолевать, в силу чего движения приобретают порывистый и угловатый характер. Что-то такое как бы лишнее и сковывающее внутри… Запомним это. 

Однажды у друзей Цой услышал The Beatles, и с этого момента его жизнь приобрела новое направление… Он увлёкся музыкой. Первые аккорды показал ему отец. Вскоре Цой купил гитару (на деньги, которые оставили ему на жизнь родители, уехавшие куда-то отдохнуть).

В 1977-м, окончив восемь классов школы, он поступает в художественное училище им. Серова — скорее по инерции, чем по желанию (его оттуда отчислили через год, за неуспеваемость). Впрочем, рисовал он действительно хорошо. Например, у него дома была целая стена, разрисованная изображениями персонажей, которых Цой видел во сне. Это было своего рода фэнтези — всякие тролли с добрыми глазами и прочие сказочные существа, целый мир, в котором одна картинка плавно перетекала в другую. Гости Цоя часами втыкали в эти художества. «Это было как полёт в какую-то сказочную страну. И среди этих сказочных существ он нарисовал своё лицо в виде индейца», — рассказывал Игорь Пиночет Покровский, активный участник питерской рок-тусовки, в которой оказался тогда юный Цой.

Собиралась эта тусовка в основном в квартирах упомянутого уже Алексея Рыбина и панка Андрея Панова. Рыбин вспоминает: «Витя был очень закомплексованным человеком. Очень скромным. Даже не скромным, а — закрытым и зажатым. У него ещё с детского сада были эти комплексы по поводу своей внешности. Ему казалось, что его девушки не любят и прочее. На вечеринках он забивался в угол, стеснялся, напивался…» Другие фигуранты тех тус утверждали, что как раз именно там Виктору и удалось впервые почувствовать себя свободным, потому что никто не обращал внимания на его внешность…

Так или иначе, все сходятся в том, что решающую роль в обретении Цоем уверенности сыграла Марианна, его будущая жена. Сама Марианна говорила так: «Мне он тогда казался страшно молодым — ему было 19 лет, а мне целых 23 года. Цой в те времена был набором комплексов. И поэтому он хотел, чтобы к нему относились серьёзно». «Википедия»: «Осенью 1983 года Виктор Цой лёг на обследование в психиатрическую больницу на Пряжке, где провёл полтора месяца, избегая призыва в армию». После выписки из психиатрической клиники Виктор и Марианна узаконили свои отношения.

В разное время Цой учился в вечерней школе, работал на заводе, осваивал профессию резчика по дереву (закончил художественное СГПТУ-61 по этой специальности). Работал в реставрационной мастерской, продавал у метро рисованные плакаты с изображениями западных рок-звёзд (собственной работы). Потом, уже будучи вполне известным музыкантом, трудился мойщиком в бане и, что уж совсем общеизвестно, в котельной. (Нужно было официально где-то работать, чтобы не стать жертвой закона о тунеядстве.)

Бывая в Москве, Цой часто заходил к Александру Липницкому из группы «Звуки Му», у которого тогда появился видеомагнитофон. Смотрели в основном фильмы с Брюсом Ли… Под влиянием этих фильмов Цой увлёкся карате и кунг-фу, и это очень сказалось на его образе — как в жизни, так и на сцене… «То, как Цой обращался с нунчаками, производило впечатление блестящее. Почти Брюс Ли!» — вспоминал Борис Гребенщиков. При этом угловатость в движениях Цоя от этих занятий восточными боевыми искусствами никуда не делась. Напротив, она только усилилась…

В тот момент Цой постепенно начинает становиться рок-звездой всероссийского масштаба. О механизмах того, как это происходило во времена СССР, не будем сейчас распространяться. Как не будем сейчас останавливаться и на подробном изложении творческих этапов пути Виктора Цоя. Все интересующиеся могут прочитать об этом в «Википедии». Скажу только, что, по общепринятой версии, окончательный переход Цоя к звёздному статусу состоялся в 1987 году, когда на экраны вышел фильм Сергея Соловьёва «Асса».

Но ещё большую роль в становлении Цоя как кумира молодёжи сыграл фильм Рашида Нугманова «Игла», вышедший в 1988 году одновременно с альбомом «Группа крови». Началась повальная «киномания». Тысячи подростков стриглись «под Цоя», одевались в чёрное и учились играть на гитарах.

По словам людей, общавшихся с Цоем, он приобрёл в то время черты удачливого и расчётливого бизнесмена. Вспоминает Константин Кинчев: «Мы все вместе поехали на дачу, где продолжали выпивать, и он мне там говорил, что он всё рассчитал: сейчас они на какое-то время пропали, затихарились, а потом у него выйдет фильм и пойдёт совершенно ломовой подъём. Всё будет круто. Это ещё перед «Иглой» было. И, в общем, правильно рассчитал. Вообще Цой пафос любил. Он чувствовал себя звездой и старался этому соответствовать. Ездил только на машине с затемнёнными стёклами. Не удивлюсь, если у него и телохранители были. Не помню, в Красноярске или Новосибирске он заявил: «Я на сцену не выйду — зал неполный». Так в зале такое началось, что их там чуть не убили. Заносило его, это точно. Может, потом и прошло бы <...> У них Юрик Айзеншпис (менеджер-директор) появился, у которого всё схвачено <...> Менеджер-то он хороший, другое дело — какой человек. Мне Цой в последнее время с гордостью говорил: «Мы сейчас восемьдесят концертов зарядили!» — «Ну, — говорю, — ты что, все деньги заработать хочешь?» — «А что? Пока можно зарабатывать — надо зарабатывать!»

После выхода «Иглы» Цой и группа «Кино» получают такое признание, что всем становится понятно — что-то в СССР действительно изменилось. Вот один из примеров: Цой, этот ленинградский кореец, стеснительный и ещё недавно работавший в кочегарке, появляется вдруг на обложке официозного журнала «Советский экран». То есть становится в один ряд с такими официально признанными персонажами, как Станислав Говорухин и Нонна Мордюкова. Человек совсем из другого мира каким-то образом вклинивается в систему. Будто вирус, который поселился в организме режима…

На самом деле это была цепная реакция. Провозглашённые незадолго до этого принципы перестройки и гласности расцвели в тот момент уже таким буйным цветом, что система буквально трещала по швам. Рушилась изнутри. А вместе с ней подспудно рушилась и вся страна. И так получилось, что Цой оказался символом этих освободительно-разрушительных перемен...

И вот теперь как раз самое время вернуться к разговору об уже отмеченной выше скованности-изломанности Цоя. Помните? Как будто что-то инородное внутри него мешает ему двигаться, ломает его… Эта черта отчётливо видна, например, в финальных кадрах фильма «Асса». Когда Цой поёт «Мы ждём перемен»… Свидетели утверждали, что Цой во время съёмок этого эпизода превратился вдруг в шамана, который управлял толпой. Говорит директор фильма «Асса» Юрий Шумило: «Пришедшим на этот концерт выдали по большой коробке спичек. И началась вакханалия. Люди чиркали спичкой, засовывали в коробку, она взрывалась, и эти дымовухи летели по всему Зелёному театру. А Цой пообещал публике, что будет продолжать концерт после съёмок. Я говорю: «Вить, ну не надо, там люди погибнут». Он поворачивается и чужим голосом говорит: «Нет, я обещал, я буду петь». Цой вёл себя абсолютно как одержимый.

По всей видимости, в тот момент в Ц

Самое читаемое сегодня


Категория: Новости культуры | |

Подписка на RSS рассылку Виктор Цой: икона из спального района


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.