Ежедневные новости Главные новости дня России,Украины

Сброс настроек

Сбросить Добавить Ежедневные новости в закладки (избранное).  
Добавить в избранное

Уничтожали ли большевики русскую культуру?

  • Уничтожали ли большевики русскую культуру?
  • Смотрите также:

Культурная утонченность дореволюционной эпохи и бесчинства большевиков, хотевших до основанья разрушить старый мир, в том числе и классическую русскую культуру, - таков образ эпохи, который нам навязывают уже более двадцати лет. Однако соответствует ли он действительности? Не более чем другие истасканные мифы, сочиняемые для дискредитации советского строя. В реальности большевики не только не уничтожили русскую культуру - они заложили основу для ее истинного и широкомасштабного распространения.

Мифология, замешанная на лжи

Легитимность режима, чья власть установилась в России после 1991 года, имеет в своей основе ложь. Именно на лжи была построена пропагандистская кампания конца 1980-х - начала 1990-х годов, в результате которой миллионы людей поверили, что их Родина-мать, еще вчера вызывавшая чувство любви и гордости, на самом деле злая мачеха, от которой лучше избавиться. Ложь продолжает поддерживать устойчивость власти и сейчас, когда Советского Союза давно нет на карте.

Ничего удивительного в этом нет. Несмотря на чудовищные удары, нанесенные за последние двадцать с лишним лет по образованию, культуре и в целом по сознанию людей, большинство жителей России и других республик постсоветского пространства считают ценности советского жизнеустройства правильными, можно даже сказать - родными. Главная среди этих ценностей - уверенность в том, что каждый человек (вне зависимости от социального происхождения и статуса) имеет право на жизнь и полноценное развитие. Для режима, наоборот, нацеленного на все более углубляющуюся кастовость и последовательно внедряющего принципы платного образования, платной медицины и пр., подобные установки смертельно опасны. Ведь они угрожают его легитимности, уважению в глазах народа. Вот почему сейчас, когда пресловутая красная угроза, которой пугали обывателей в 1990-е годы, казалось бы, осталась в прошлом, советская эпоха продолжает всячески очерняться. Какой период ни взять - первые годы советской власти, время правления Сталина, брежневский застой или даже Великую Отечественную войну - для каждого из них у журналистов и псевдоисториков, обслуживающих интересы власти и капитала, есть внушительный ушат грязи, помоев и самой низкопробной лжи.

Мы постарались разоблачить один из мифов, давно, еще с перестроечных времен, являющийся важным кирпичиком в той стене, которая ограждает сознание многих людей от исторической правды, не позволяет им объективно оценить прошлое страны. Данный миф заключается в следующем: якобы советская власть, особенно в первые годы после своей победы, с ненавистью и подозрением относилась к классической русской культуре, пыталась искоренить ее и поставить на место Пушкина и Достоевского новых пролетарских классиков вроде Демьяна Бедного и Владимира Маяковского. Ситуация, если верить создателям этой ложной концепции, стала понемногу исправляться лишь перед войной, хотя и после этого тот же Достоевский якобы продолжал находиться под запретом у беспощадных советских идеологов.

Данный миф, ничего общего не имеющий с реальностью, остается тем не менее одним из самых живучих. По мнению его распространителей, большевики всеми силами старались уничтожить старую российскую культуру, отправив в запасники и архивы всех, кто не укладывался в их классовую теорию. К числу тех, кто подпадал под это очищение от гнилого наследия, новая власть якобы относила и таких писателей и поэтов, как Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский...

В качестве подтверждения своих сомнительных идей сторонники данного мифа любят приводить стихи малоизвестного поэта Владимира Кириллова, написавшего в 1918 году:

Во имя нашего Завтра -
сожжем Рафаэля,
разрушим музеи,
растопчем искусства цветы.

При всем уважении к поэту считать, что он - единственный! - выражал культурную специфику первых лет советской власти, по меньшей мере неправильно даже с логической точки зрения (к слову, уже через год Кириллов написал совсем другие стихи, в которых были следующие строки: Он с нами, лучезарный Пушкин, и Ломоносов, и Кольцов). Да, подобная позиция имела место быть. И что же? Такие скептики, ниспровергатели и нигилисты существуют в любую эпоху.
А нынешние нигилисты из правительства вырезают из школьной программы Крылова и Гоголя. Причем если современные противники русской классики сидят на самом верху и проводят политику, которая затронет миллионы людей на многие годы вперед, то активисты нового искусства времен военного коммунизма оставались, по сути, маргинальной группой. Напротив, именно благодаря большевикам русские писатели превратились в действительно народных и общеизвестных классиков. Это подтверждают факты.

Кого читали в России до революции?
Взять, к примеру, тиражи изданий русских классиков до Великой Октябрьской революции. Показатель, как говорится, железный и довольно легко проверяемый. Так вот, даже самые массовые тиражи редко доходили до 10 тысяч, а книги были чем-то вроде предметов роскоши, доступных лишь самым привилегированным слоям населения. Как писал в своем очерке Пушкин и массовый читатель Василий Страхов, в начале XIX века в Москве было две книжных лавки с дневной выручкой в 12-15 рублей. Если учесть, что цена небольшой книжки составляла 3-5 руб., нетрудно посчитать, сколько книг покупали москвичи!

На протяжении XIX столетия ситуация практически не менялась. Ближе к середине века месячное жалованье чиновника не превышало 60-80 руб. в месяц (Акакий Акакиевич из гоголевской Шинели получал 33 руб.). При средней цене книги 10 руб. мало кто мог позволить себе купить хотя бы одну книгу в год, не говоря уже о крестьянах и рабочих...
Неудивительно, что крупнейшие прижизненные тиражи произведений Пушкина не превышали 1200 экз., да и те залеживались годами. Интересна судьба основанного Пушкиным журнала Современник. Как отмечает Страхов, в переписке Грота с Плетнёвым имеется указание, что уже в 40-х годах он печатался всего в 600 экз., из которых расходилось 200, так что издание было явно убыточным.

Красноречивым показателем является празднование столетнего юбилея Пушкина в 1899 году. Юбилейное академическое (но так и неоконченное) полное собрание сочинений поэта уже в момент своего появления стало библиографической редкостью. Пара тысяч экземпляров на страну со 140-миллионным населением - это даже меньше, чем капля в море. Что касается юбилейных пушкинских брошюр для народа, то их тираж доходил аж до 10 тысяч. Однако неряшливая печать, дешевая бумага и тенденциозно отобранные тексты, показывавшие Пушкина аполитичным поэтом, сводили на нет даже эти попытки донести классика до массового читателя.

Крупнейшим дореволюционным изданием Пушкина стал 10-томник, выпущенный Сувориным. При тираже в 15 тыс. экз. стоил он полтора рубля. В целом же, как резюмирует Страхов, дальше города и глубже интеллигенции эти книги все же не шли. На схожую участь быть авторами для узкого круга были обречены до Октябрьской революции и большинство других русских классиков. Единственным исключением был, пожалуй, Лев Толстой. Тираж его Полного собрания сочинений, изданного в качестве приложения к журналу Вокруг света в 1913 году, достиг астрономических по тем временам 100 тыс. экз.

Кого же читал обычный читатель (если конечно, он был обучен грамоте!) в Российской империи, которую нам рисуют в образе оплота русской культуры и русского духа? Когда подобный вопрос задали Льву Толстому, он ответил:
- Матвея Комарова.

Кем же был этот таинственный Матвей Комаров? А был он автором лубочных книжек, таких, например, как Славный мошенник и вор Ванька Каин. Подобная примитивная (но весьма доступная - ценой всего лишь 3 коп.!) литература расходилась в народе миллионными тиражами вплоть до 1917 года, формировала вкусы и ценности.

Поднимать народ до высокого культурного уровня никто тогда всерьез не брался. Неудивительно, что один французский журналист, спросив в 1911 году у крестьянина, знает ли тот Пушкина, получил в ответ:
- Нет, барин, это, должно, не нашей волости.

Впрочем, низкопробная литература была востребована не только на селе. В городах наиболее распространенными изданиями были песенники, сонники, письмовники и всевозможная сыщицкая литература.

После начала Первой мировой войны ситуация еще более ухудшилась. Вдвое (с 2 до 1 тыс.) сократилось число книжных магазинов, а объем издававшихся книг снизился до 50% от довоенного уровня. Свою роль сыграло и то, что российские издательства закупали оборудование и комплектующие к нему за границей (внутри страны они не выпускались), а война перекрыла поставки. Спрос на художественную литературу резко падал, несмотря на то, что это был серебряный век русской литературы, - признают авторы исследования История русской книги.

К Великой Октябрьской революции русская классика и вовсе оказалась на задворках. Война и экономический кризис, довольно быстро переросший в политический, нанесли сильнейший удар и по книгоизданию, и в целом по культуре. Винить в этом большевиков абсурдно. К моменту установления советской власти ситуация в этой сфере была, мягко говоря, плачевной.

Достаточно вспомнить, что представляла собой страна во второй половине 1917-1918 годов. Не монолитное государство, а конгломерат областей и территорий, раздробленных и связанных в единое целое, пожалуй, только на старых географических картах. На все это накладывалась иностранная интервенция, эпидемии, голод и кризис всех систем жизнеобеспечения.
В этих тяжелейших условиях спасителями русской культуры стали вовсе не поручики голицыны и корнеты оболенские. Ее возрождением занялись большевики.

Большевики и русские классики
Прежде чем перейти к конкретным примерам, подтверждающим этот факт (к сожалению, сегодня далеко не общеизвестный), следует вспомнить о том, как относились вожди молодой советской республики к русской культуре. Вопреки досужим домыслам руководители большевистской партии не только не были чужды русской культуре - они прекрасно знали ее и жили в ее пространстве. Это нетрудно понять, почитав сочинения В.И. Ленина. Стараясь выразить те или иные свои идеи, Ленин прибегал к образам из произведений Некрасова, Салтыкова-Щедрина, Пушкина, Чехова, Тургенева, Чернышевского... По воспоминаниям Н.К. Крупской, она привезла с собою в Сибирь Пушкина, Лермонтова, Некрасова. Владимир Ильич положил их около своей кровати, рядом с Гегелем, и перечитывал их по вечерам вновь и вновь. Больше всего он любил Пушкина.
Льву Толстому Лениным были посвящены несколько статей, в которых есть и такие строки: Л. Толстой сумел поставить в своих работах столько великих вопросов, сумел подняться до такой художественной силы, что его произведения заняли одно из первых мест в мировой художественной литературе. Даже о Достоевском, к которому Ленин относился скептически, он однажды заявил, что это действительно гениальный писатель, рассматривавший больные стороны современного ему общества... у него много противоречий, изломов, но одновременно - и живые картины действительности.

Особым было отношение Ленина к поэзии Ф.И. Тютчева. Видный деятель большевистской партии П.Н. Лепешинский, знавший Ленина еще с 1890-х гг., характеризовал его как большого любителя поэзии, и именно поэзии классической.
Ленин не только сам оперировал идеями и образами русской классики, но и требовал от товарищей внимательного отношения к литературе. Например, в 1912 году Владимир Ильич советовал редакции газеты Правда время от времени вспоминать, цитировать, растолковывать в газете М.Е. Салтыкова-Щедрина и других писателей. Артист Василий Качалов вспоминал: В артистической комнате оживление: Владимир Ильич с Горьким. Алексей Максимович поворачивается ко мне и говорит: Вот спорю с Владимиром Ильичём по поводу новой театральной публики... что ей нужно? Я говорю, что ей нужна только героика. А вот Владимир Ильич утверждает, что нужна и лирика, нужен Чехов, нужна житейская правда.

Можно ли представить современных российских чиновников высшего уровня, столь же свободно оперирующих хрестоматийными образами? Вопрос риторический. Классическая русская культура не просто изгнана из нынешнего политического лексикона, но и последовательно вытравливается из общественного сознания.

Кстати, именно Ленин вскоре после Октябрьской революции выступил против идеологии Пролеткульта, чьи сторонники считали, что вся старая культура должна быть предана забвению, а на смену ей должна прийти особая пролетарская культура. В своей статье О пролетарской культуре Владимир Ильич писал: Марксизм завоевал себе свое всемирно-историческое значение как идеология революционного пролетариата тем, что марксизм отнюдь не отбросил ценнейших завоеваний буржуазной эпохи, а, напротив, усвоил и переработал все, что было ценного в более чем двухтысячелетнем развитии человеческой мысли и культуры. Только дальнейшая работа на этой основе... может быть признана развитием действительно прол

Самое читаемое сегодня


Категория: Новости общества | |

Подписка на RSS рассылку Уничтожали ли большевики русскую культуру?


Написать комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.